Письмо в редакцию №11: Иван Качановский. Донос в сталинском духе на мою, находящуюся в открытом доступе, книгу «Российско-украинская война и её истоки». Русский перевод

См. оригинал: https://www.istorex.org/post/pismo-v-redakciyu-11

Андреас Умланд, Антон Шеховцов и их единомышленники организовали кампанию, напоминающую доносы сталинской эпохи, против моей, выложенной в открытый доступ, книги “The Russia-Ukraine War and its Origins.” Их цель — не только добиться цензурирования книги, но и лишить меня университетской должности, исследовательского финансирования, а также подвергнуть уголовному преследованию и санкциям в Украине. Причина, на мой взгляд, проста: они не способны опровергнуть мой анализ, основанный на фактах и доказательствах.

Вместо того чтобы действовать в соответствии с принятыми академическими нормами, они прибегли к коллективному осуждению моей работы. Подобные методы характерны скорее для советской практики, чем для западной академической среды. Более того, это коллективное обвинение построено на подтасовках, ложных утверждениях и клевете. Примечательно, кто именно присоединился к этой кампании и на каких основаниях.

Для этих людей политические взгляды оказываются важнее научных заслуг, доказательств и принципов научного исследования. Многие из подписавших сами признавали, что даже не читали книгу. Некоторые впоследствии сожалели о своей подписи. Они рассказывали, что доверились призыву Умланда, не ознакомившись с содержанием книги, а затем хотели отозвать свои подписи. Это невольно напоминает знаменитую советскую формулу времён кампании против романа «Доктор Живаго»: «Я не читал, но осуждаю».

Почти 250 человек из 37 стран, более половины из которых составляют учёные, а также журналисты, врачи, юристы, преподаватели, блогеры, пенсионеры и представители многих других профессий, подписали Открытое письмо в поддержку академической свободы и Ивана Качановского. Оно было опубликовано в журнале New Paradigm, главным редактором которого является профессор истории Стэнфордского университета Роберт Крюс.

Сбор подписей продолжается. Для участия предлагается отправить на адрес openletter2026@gmail.com своё имя, должность, место работы и страну. При желании можно попросить, чтобы в опубликованной версии письма были указаны только место работы и страна без имени.

Открытое письмо поддержали многие известные западные и украинские исследователи. Значительное число подписей, собранных за короткое время среди представителей различных научных дисциплин и людей других профессий более чем из тридцати семи стран, по моему мнению, свидетельствует о том, что интерес к моей книге и другим исследованиям выходит далеко за пределы узкой области восточноевропейских исследований. Это также, на мой взгляд, опровергает утверждения о том, что популярность книги якобы искусственно создаётся Илоном Маском через платформу X.

Многие учёные, включая известных западных и украинских академиков, публично раскритиковали инициированное Умландом коллективное письмо. Владимир Ищенко охарактеризовал его как «ни демократическое, ни либеральное, ни по-настоящему академическое», а также как «конспирологический и мракобесный коллективный донос». Пер Рудлинг назвал происходящее «доносом в советском стиле», «советской практикой доносительства» и «грязной борьбой». Сергей Куделя написал, что это «по-настоящему странное письмо, наполненное нападками ad hominem и конспирологическим мышлением», представляющее собой «типичные советские коллективистские практики травли». Андрей Баумейстер говорил о «доносе», «деградации», «утрате человеческого достоинства» и даже «онтологической бездне». Марта Гаврышко назвала происходящее «публичным линчеванием», устроенным «толпой, занимающейся травлей».

Роланд Попп отметил, что «это открытое письмо прежде всего дискредитирует самих его подписантов как учёных». Мэтью Блэкберн назвал его «политическим доносом», попыткой «сплотить ряды» вокруг «единственно правильного» объяснения войны. Сергей Эрлих сравнил происходящее с «шабашем в стиле КГБ», Моника Далл'Асталь — с «цензурой и инквизицией», Жак Сапир — с «кампанией по дискредитации», Дмитрий Дубровский — с «политическим памфлетом», Владимир Тихонов также подчеркнул, что происходящее «не является ни демократическим, ни либеральным, ни академическим», а Дэвид Кармент охарактеризовал письмо как набор «нападок ad hominem».

Бруно Джевески назвал открытое письмо «антинаучным и антиакадемическим проявлением политического неомаккартизма». Тарик Сирил Амар увидел в нём «псевдоакадемическую мобилизацию, направленную на подавление политически нежелательных исследований». Фрэнсис Инглдью охарактеризовал письмо как «бесполезное и испорченное политической повесткой». Михаил Немцев говорил об «убийстве репутации». Гленн Дизен назвал происходящее «кампанией запугивания, клеветы и цензуры». Даже Дэвид Марплз, который ранее резко критиковал моё первое академическое исследование расстрелов на Майдане и связывает крайне правые и олигархические силы, причастные к этим событиям, с протестующим Майданом и Украиной в целом, охарактеризовал письмо как «донос», назвав его «несправедливым», «необъективным» и сравнив с «виртуальным групповым нападением».

В статье для Times Higher Education Дмитрий Дубровский и Мэтью Блэкберн охарактеризовали коллективное письмо как «глубоко проблематичное» и как попытку установить «режим истины». Аналогичные оценки прозвучали и со стороны известных журналистов. Томас Фаци назвал происходящее «скоординированной атакой академической толпы», Бранко Марчетич — «клеветнической кампанией» со стороны «пропагандистов войны», Леонид Рагозин охарактеризовал происходящее как «выгребную яму военной наживы», а Юлия Латынина написала, что подобная атака является «настоящим признанием». Илья Бер отметил, что «текст петиции в УП нечестен и позорен», а её подписание — это «буквально пятно в биографии и порча собственного некролога».

Моя книга была опубликована одним из ведущих западных академических издательств после получения двух положительных независимых рецензий. Её рекомендовали четыре известных американских, британских и украинских специалиста: Владимир Ищенко (Институт восточноевропейских исследований Свободного университета Берлина), Анатоль Ливен (директор Евразийской программы Института Куинси), Ричард Саква (почётный профессор российской и европейской политики Университета Кента) и бывший посол США в СССР Джек Ф. Мэтлок-младший. По словам Джека Мэтлока, эта книга является «абсолютно необходимым чтением для каждого, кто хочет понять, почему началась война в Украине и почему жизненно важно прийти к урегулированию путём переговоров».

В своей рецензии британская журналистка Мэри Дежевски написала: «"The Russia-Ukraine War and its Origins" — это не просто ещё одно исследование конфликта. Это выдающаяся работа, посвящённая поиску истины; впечатляющий пример работы с доказательствами и, вероятно, наиболее успешная на сегодняшний день попытка распутать клубок противоречивых нарративов, которыми сопровождалась эта война».

Первый вариант коллективного письма, который, по словам самого Умланда, готовился при участии Антона Шеховцова, был разослан 1 января 2026 года большому числу заранее выбранных адресатов. Однако подавляющее большинство из них письмо не подписало, в том числе многие известные учёные. Другие известные западные и украинские исследователи впоследствии сообщили в социальных сетях, что отказались ставить подпись после обращения Умланда. Более четырёх месяцев Умланд лично собирал подписи по электронной почте, а позднее дополнил текст критикой Илона Маска, несмотря на то что система Starlink сыграла важную роль в обеспечении связи Вооружённых сил Украины во время войны.  В моем распоряжении имеются копии различных проектов письма и электронных писем Умланда с просьбами поддержать эту инициативу.

По сути, люди, которые буквально за одну ночь объявили себя специалистами, хотя никогда профессионально не занимались исследованием конфликтов в Украине, не публиковали работ о российско-украинской войне и даже не прочитали мою книгу, используют подтасовки и фальсификации для политического доноса на украинско-канадского исследователя, который всем этим занимается и написал такую книгу. Они пытаются навязать академическому сообществу и обществу в целом собственную политически ангажированную интерпретацию войны и её причин, а также диктовать, какие книги об этой войне следует публиковать и читать и какие исследования заслуживают финансирования.

В своём доносе Умланд и его соавторы сознательно исказили выводы моей книги, в которой говорится следующее:

Анализ показывает, что незаконное российское вторжение в Украину 24 февраля 2022 года стало крайней эскалацией со стороны России конфликтов с Украиной и Западом, гражданской войны на Донбассе, аннексии Крыма, а также поддержанного Западом насильственного свержения пророссийского правительства Украины коалицией олигархов и крайне правых с использованием массовых расстрелов на Майдане и покушений на убийство во время Евромайдана. Стремление Украины вступить в НАТО являлось одним из важнейших факторов, однако Россия, преувеличивала его значение, также как преувеличивала роль крайне правых в Украине. Российский империализм также сыграл существенную, но не главную роль. Украина не является демократией.

В книге показано, что многие нарративы, распространяемые российскими государственными структурами и СМИ относительно российско-украинской войны и её истоков, в различной степени не соответствуют действительности. В частности, в ней делается вывод, что вопреки российской официальной пропаганде вторжение России в 2022 году является незаконным с точки зрения международного права и представляет собой именно войну, а не «специальную военную операцию». В книге также показано, что на Донбассе не происходил геноцид этнических русских или русскоязычного населения; что военные преступления преимущественно совершаются российскими вооружёнными силами; что убийства в Буче и уничтожение рейса MH17 не были инсценировками украинской стороны или организованными Западом провокациями; что в Украине отсутствует нацистский или неонацистский режим; что в 2014 году не произошло «фашистского переворота»; что Украина не является колонией США; что Россия осуществляла скрытые военные интервенции на Донбассе в августе 2014 года и январе 2015 года; и что аннексия Крыма Российской Федерацией является незаконной.

В книге отдельно показано, что официальные российские обоснования войны — утверждения о неминуемом вступлении Украины в НАТО и размещении американских ракет, существовании нацистского режима в Украине, необходимости превентивной «специальной военной операции» для предотвращения украинского наступления на Донбассе и гуманитарной интервенции ради предотвращения геноцида — не соответствуют действительности. При этом книга показывает, что российский империализм был одним из важнейших факторов, особенно в вопросах аннексии Крыма, а также Донецкой, Херсонской и Запорожской областей. Вместе с тем отсутствуют доказательства того, что Россия стремится оккупировать и аннексировать всю территорию Украины.

Роль России в происхождении войны не сводится исключительно к российскому империализму. В книге рассматривается широкий круг факторов, приведших к войне. Отрицать существование других факторов и утверждать, что единственной причиной был российский империализм, а любого исследователя, не разделяющего подобную точку зрения, объявлять ретранслятором российской пропаганды — значит отказаться от научного подхода. Это попытка заставить исследователей руководствоваться не доказательствами, а пропагандой, контролем над допустимыми нарративами и политической повесткой. Моя книга не повторяет украинскую и западную официальные интерпретации событий и показывает, что нарративы, распространяемые украинскими и западными правительствами и средствами массовой информации относительно российско-украинской войны, её истоков и предшествовавших конфликтов, также в различной степени содержат недостоверные элементы.

На Западе опубликован целый ряд книг, посвящённых роли западных стран в возникновении российско-украинской войны. Среди них — книга Стивена Кинзера «Boiling Point: How America Brought War to Ukraine». Кинзер является старшим научным сотрудником Школы международных и общественных отношений Уотсона при Университете Брауна и бывшим корреспондентом The New York Times. Аналогичные аргументы приводит почётный профессор Кембриджского университета Джонатан Хаслам в книге «Hubris: The American Origins of Russia's War against Ukraine», опубликованной издательством Harvard University Press в 2025 году, а также Ричард Саква в книге «The Russo-Ukrainian War: Follies of Empire». К этой группе относятся также книги Бенджамина Абелоу «How the West Brought War to Ukraine», Скотта Хортона «Provoked: How Washington Started the New Cold War With Russia and the Catastrophe in Ukraine» и Аарона Мате «Their Blood, Our Bullets: The Hidden Story of the US–Russia War for Ukraine».

Коллективный донос, инспирированный Умландом, приводит лишь один конкретный пример, пытаясь оспорить выводы моей книги, а именно утверждение о том, что российская аннексия Крыма в феврале—марте 2014 года была «главным образом непропорциональной эскалацией конфликта в ответ на поддержанное Западом насильственное свержение пророссийского правительства Украины во время Евромайдана». Однако в книге, наряду с многочисленными другими доказательствами, приводятся слова президента США Барака Обамы, сказанные им в интервью CNN в 2015 году: «Путин принял решение по Крыму и Украине не в рамках какой-то грандиозной стратегии, а главным образом потому, что протесты на Майдане застали его врасплох, после чего Янукович бежал, несмотря на достигнутое при нашем посредничестве соглашение о мирной передаче власти в Украине».

В главе книги, посвящённой происхождению войны, также приводятся слова Дональда Трампа, сказанные им в подкасте All-In Podcast с Дэвидом Саксом, о том, что стремление Украины вступить в НАТО стало фактором, спровоцировавшим российско-украинскую войну. Цитируется и генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг, заявивший, что Путин «начал войну, чтобы не допустить дальнейшего расширения НАТО у российских границ». Кроме того, в книге приводятся слова Давида Арахамии, главы украинской делегации на мирных переговорах, который заявил, что главным российским условием заключения мирного соглашения был нейтральный статус Украины и что война могла закончиться уже весной 2022 года, если бы Украина согласилась на нейтралитет.

В книге также цитируется председатель Европейской комиссии Урсула фон дер Ляйен, заявившая, что расстрелы на Майдане сыграли ключевую роль в возникновении российско-украинской войны. По её словам: «Этот конфликт начался уже десять лет назад, когда мирных демонстрантов, просто державших европейские флаги на площади Майдана, застрелили снайперы». Такие ведущие западные СМИ, как The New York Times и CBC, также связывали Евромайдан и, в частности, расстрелы на Майдане с истоками российско-украинской войны.

По существу, коллективное письмо обвиняет в повторении «российской пропаганды» не только книгу украинско-канадского исследователя, но и Барака Обаму, Дональда Трампа, руководителей НАТО и Европейского союза, главу парламентской фракции Владимира Зеленского и украинской делегации на мирных переговорах, The New York Times, CBC и многих других. Авторы письма также обвиняют Илона Маска и Дэвида Сакса — двух известных американских предпринимателей и членов администрации США — в том, что они якобы распространяют российскую пропаганду, поскольку поддержали кампанию GoFundMe, позволившую сделать мою книгу доступной в открытом доступе.

Умланд и другие авторы доноса прекрасно знают, что у меня почти 50 тысяч подписчиков в X (бывшем Twitter), более 9 тысяч подписчиков в Facebook, около 10 тысяч подписчиков на Academia и ResearchGate, свыше 2 тысяч подписчиков на YouTube и почти тысяча подписчиков на Substack. Более того, они сами ранее были среди моих подписчиков в X, Facebook и Academia. Моя публикация в X, в которой сообщалось о выходе книги «The Russia-Ukraine War and its Origins» в издательстве Palgrave Macmillan и содержалась ссылка на полный текст книги, набрала более 240 тысяч просмотров. Только этот пост и более 700 его репостов составляют почти треть всех публикаций пользователей X об этой книге, зарегистрированных сервисом Altmetric. Вся эта информация находится в открытом доступе, и Умланд с другими авторами коллективного письма прекрасно знали о существовании этого сообщения, поскольку в своём письме они сами цитируют две реплики из более чем ста комментариев к нему, выборочно вырвав их из общего контекста. Тем не менее они выдвинули и поддержали примитивную и ложную конспирологическую теорию о том, будто Илон Маск каким-то скрытым образом искусственно увеличивал число просмотров и скачиваний моей книги о войне в Украине через платформу X. Даже после того, как я представил, по моему мнению, убедительные доказательства несостоятельности этой версии, Умланд и его единомышленники продолжили её распространять.

Умланд неоднократно распространял ложные утверждения о том, будто Илон Маск тайно обеспечивает моей книге «The Russia-Ukraine War and its Origins», находящейся в открытом доступе, необычайно большое число просмотров и скачиваний. Отчасти благодаря так называемому эффекту Стрейзанд после появления в его письме-доносе в сталинском духе ложного утверждения о том, что 248 тысяч просмотров и скачиваний моей книги с момента её публикации 30 сентября 2025 года стали результатом неких скрытых действий Илона Маска на платформе X, книга получила ещё более 135 тысяч новых уникальных просмотров и скачиваний только на сайте издательства. Наблюдается явный рост числа запросов на мою книгу, которая набрала уже более 383 тысяч уникальных просмотров и скачиваний только на платформе Springer Nature, после организованной Умландом кампании по дискредитации и цензурированию книги, основанной на грубых фальсификациях.

Примечательно, кто именно поддержал эту столь примитивную фальсификацию. Едва ли случайно среди авторов коллективного доноса оказались представители и потомки советской и коммунистической номенклатуры. Внучка Георгия Шевеля — руководителя Комсомола Советской Украины (Ленинского коммунистического союза молодёжи Украины) при Сталине, а впоследствии заведующего отделом пропаганды и агитации ЦК Коммунистической партии Украины при Хрущёве и Брежневе, — признала в социальных сетях, что участвовала в редактировании коллективного письма и использовала действующих и бывших членов правления Ассоциации славянских, восточноевропейских и евразийских исследований для сбора подписей. Потомки и представители коммунистической элиты Советской Украины также возглавляли Американскую и Канадскую ассоциации украиноведения.

В своём коллективном письме Умланд, Шеховцов и их единомышленники провозглашают единственно допустимое объяснение причин и характера войны и объявляют любое отступление от этой линии — независимо от имеющихся доказательств — «оправданием российской войны против Украины». Они требуют безоговорочно воспроизводить официальные нарративы о причинах войны, о якобы российском геноциде в отношении Украины, о незначительной роли украинских крайне правых, о неизбежной победе Украины над Россией, о том, что война продолжается с 2014 года, о демократическом характере украинского государства и другие подобные положения. Они заявляют о поддержке неконституционного насильственного свержения украинского правительства, посредством инсценировки массового убийства на Майдане, гражданской войны на Донбассе и последующего противостояния на территории Украины, всё это они представляют как поддержку самой Украины, и называют такую позицию «проукраинской». При этом они фактически отождествляют Украину с теми украинскими политиками, партиями и организациями, которые несут ответственность за эти события.

Они обеляют роль крайне правых, активистов Майдана, Владимира Зеленского и западных правительств как в возникновении войны, так и в срыве возможностей предотвратить её и добиться мирного урегулирования, несмотря на многочисленные доказательства, включая признания лидеров и активистов крайне правых организаций, активистов Майдана, представителей правительства Зеленского и руководителей западных государств. Это коллективное письмо не имеет ничего общего с научной дискуссией. Оно представляет собой политический донос, направленную атаку и попытку навязать академическому сообществу определённые политические нарративы, пропагандистские установки и цензуру в исследованиях российско-украинской войны.

Авторы письма также безосновательно связывают меня и мою книгу с российскими средствами массовой информации лишь потому, что один немецкий профессор, получивший образование в США, работающий в турецком университете и специализирующийся на истории Украины, поздравил меня в X с выходом книги. Во время войны я не давал интервью российским государственным средствам массовой информации. В российских государственных СМИ не выходило публикаций, посвящённых моей книге «The Russia-Ukraine War and its Origins». С самого начала войны я публично осудил незаконное российское вторжение в Украину — как в интервью украинским и западным средствам массовой информации, так и в своих публикациях в социальных сетях.

Моя книга основана не на российской, украинской или западной пропаганде, а на тысячах первичных и вторичных украинских и западных источников. В отличие от меня, Умланд, Шеховцов и почти все подписавшие их коллективный донос, за редкими исключениями, сами не опубликовали ни одной книги о российско-украинской войне. Альберту Эйнштейну приписывают следующий ответ на выход книги «100 Authors Against Einstein»: «Почему сто? Если бы я был неправ, достаточно было бы одного», чтобы опровергнуть теорию относительности. Научная истина определяется проверяемыми доказательствами, а не политическими доносами и количеством людей, которые их подписывают.

Издание «Украинская правда» распространяет клевету, доносы и ложные сообщения, касающиеся меня и моих книг. Оно отказалось опубликовать «Открытое письмо в поддержку академической свободы и Ивана Качановского». Между тем ранее я помог привлечь внимание американских средств массовой информации к похищению и убийству основателя «Украинской правды», содействуя поездке американского журналиста в Украину для освещения этой истории. Однако теперь это издание превратилось в украинский аналог советской «Правды».

Коллективное осуждающее письмо распространяет примитивные фальсификации относительно популярности моей книги лишь потому, что за первые шесть месяцев после официальной публикации она набрала 248 тысяч просмотров и скачиваний на сайте издательства. В письме безосновательно утверждается, что Илон Маск и Дэвид Сакс тайно способствуют увеличению числа её просмотров и скачиваний на платформе X. Подобно своим советским предшественникам, осуждавшим книги, которых они не читали, авторы коллективного письма, либо не ознакомились даже с предисловием книги, либо, прочитав его, тем не менее сознательно распространили ложные утверждения. В предисловии моей книги прямо говорится:

Мои научные публикации, посвящённые главным образом конфликтам и политике в Украине, получили более двух миллионов прочтений и скачиваний только на моих академических страницах и сайтах издательств. Основанные на исследованиях публикации в Twitter и Facebook, а также мои видеоматериалы на YouTube набрали свыше 125 миллионов просмотров. Я являюсь одним из наиболее цитируемых политологов, специализирующихся преимущественно на политике и конфликтах в Украине. Основанные на исследованиях публикации, интервью и комментарии с моим участием были использованы более чем в четырёх тысячах материалов средств массовой информации более чем в восьмидесяти странах. Среди них — такие ведущие западные СМИ, как ABC News, BBC Ukrainian, Associated Press, Canadian Press, CBC News, CTV News, France 24, France Télévisions, Daily Beast, Euronews, Global TV, The Globe and Mail, The Guardian, Hill TV, La Presse, Le Figaro, La Razón, La Stampa, National Post, Reuters, Sky News Australia, Times Higher Education, Vice и The Washington Post.

Моя статья «The “Snipers' Massacre” on the Maidan in Ukraine» является самой скачиваемой работой среди почти двадцати тысяч публикаций по тематике «Украина» на платформе Academia.edu — одном из крупнейших зарегистрированных научных репозиториев и ресурсов для исследователей. Впоследствии я опубликовал значительно расширенные и обновлённые версии этой работы, а также её отдельные части в рецензируемых научных журналах и книгах. Эти исследования, находящиеся в открытом доступе, набрали более одного миллиона просмотров и скачиваний. Четыре мои работы входят в число двенадцати наиболее скачиваемых публикаций по теме «Украина» на Academia.edu. Уже более десяти лет мои публикации и профиль входят в верхние 0,1 % по числу просмотров на этой платформе. Умланд, Шеховцов и их единомышленники прекрасно осведомлены о влиянии моих предыдущих исследований, однако сознательно продолжают распространять ложные утверждения.

Мои статьи «The Hidden Origin of the Escalating Ukraine–Russia Conflict» и «Buried Trial Verdict Confirms False-Flag Maidan Massacre in Ukraine» стали самыми читаемыми публикациями журнала Canadian Dimension соответственно в 2022 и 2024 годах. Более двухсот видео- и аудиозаписей моих интервью для подкастов, посвящённых российско-украинской войне, расстрелам на Майдане и другим вопросам, связанным с конфликтами и политикой в Украине, которые являются предметом моих исследований, в совокупности набрали миллионы просмотров на YouTube и других социальных платформах. Мои научные работы процитированы в Google Scholar более 2200 раз, а индекс Хирша составляет 26, что является одним из самых высоких показателей среди политологов, специализирующихся главным образом на политике и конфликтах в Украине.

Примечательно, что в инициированном Умландом осуждении намеренно умалчивается о другой моей, находящейся в открытом доступе, книге «The Maidan Massacre in Ukraine: The Mass Killing that Changed the World», которая только на сайте издательства набрала более 508 тысяч уникальных просмотров и скачиваний. Более того, в коллективном письме содержится ложное утверждение о том, что во время Евромайдана Виктор Янукович якобы не был отстранён от должности президента. По сообщениям моих коллег, ещё до начала войны Умланд в частных разговорах говорил им, что мои исследования расстрелов на Майдане убедили его. Косвенным подтверждением этому служит и опубликованная им запись в Facebook в 2018 году: «Тревожная подборка свидетельских показаний, собранных Иваном Качановским. Учитывая неоднозначность этих доказательств, расстрел снайперами требует полноценного расследования и обстоятельного отчёта. Само по себе отсутствие такого документа до сих пор, к сожалению, является тревожным признаком.»

Однако вместо того, чтобы публично признать это, Умланд и его единомышленники прибегли к кампании в духе сталинских доносов против меня и моей другой книги — «The Russia-Ukraine War and its Origins: From the Maidan to the Ukraine War» — сопровождая её ложными утверждениями о том, что высокий уровень просмотров и скачиваний книги якобы был тайно обеспечен Илоном Маском. Сам по себе тот факт, что авторы коллективного письма полностью умолчали о моей книге «Maidan massacre», которая получила почти вдвое больше просмотров и скачиваний, чем подвергшаяся их критике книга о российско-украинской войне, является ещё одним свидетельством несостоятельности их утверждений. Если бы теория о том, что популярность моих книг искусственно создаётся Илоном Маском, соответствовала действительности, то она должна была бы относиться и к этой книге. Поэтому подобные обвинения являются сознательной фальсификацией.

Моя книга о расстрелах на Майдане, четыре рецензируемые научные статьи и две главы в коллективных монографиях, включая главу в книге «The Russia-Ukraine War and its Origins», посвящённые этим событиям, основаны на показаниях абсолютного большинства раненых участников Майдана, свидетельствах примерно ста участников судебного процесса и расследования по делу о расстрелах на Майдане в Украине, показаниях более пятисот других свидетелей, признаниях четырнадцати лиц, заявивших о своём участии в качестве снайперов Майдана, более чем двадцати видеозаписях с их участием, результатах баллистических и судебно-медицинских экспертиз, выполненных украинскими государственными экспертами, анализе расположения пулевых отверстий, а также синхронизированных видеозаписях самих событий. Основные выводы этих исследований фактически подтверждаются содержанием двух судебных решений украинских судов. Вместе с тем украинские средства массовой информации и большинство ведущих западных СМИ, за немногими исключениями, не сообщили об этих материалах, несмотря на то что они находятся в открытом доступе — в приложениях к моим книгам, научным публикациям и размещённых в интернете видеоматериалах.

Не получившие широкого освещения фрагменты судебного приговора объемом почти в миллион слов по делу о расстрелах на Майдане, вынесенного Святошинским районным судом Киева в октябре 2023 года после семилетнего судебного процесса над пятью бывшими сотрудниками спецподразделения «Беркут», подтвердили выводы моих исследований о том, что многие участники Майдана были убиты и ранены, а журналисты BBC и немецкого телеканала ARD подверглись обстрелу не со стороны «Беркута» или других правоохранительных органов, а со стороны снайперов, находившихся в гостинице «Украина» и других объектах, контролировавшихся сторонниками Майдана. Судебный приговор также подтвердил выводы моих исследований о том, что гостиница «Украина» находилась под контролем протестующих и что в ней, а также в здании Консерватории, действовало специальное вооружённое подразделение Майдана, связанное с крайне правыми организациями. Согласно приговору, в расстрелах не участвовали российские снайперы, а Виктор Янукович, его правительство, Служба безопасности Украины и Министерство внутренних дел не отдавали приказов о массовом убийстве. Кроме того, в судебном решении Майдан характеризуется не как мирный протест, а как «мятеж», сопровождавшийся убийствами сотрудников «Беркута» и других полицейских.

Рассекреченный текст другого судебного решения украинского суда, опубликованный в марте 2025 года, подтвердил инсценированный характер стрельбы по участникам Майдана в Хмельницком во время событий на Майдане. Согласно этому решению, результаты видеотехнических, баллистических и судебно-медицинских экспертиз, следственных экспериментов, проведённых государственными экспертами, показания свидетелей и материалы расследования Службы безопасности Украины и Военной прокуратуры свидетельствуют о том, что выстрелы, произведённые с веранды здания СБУ, находившейся под контролем активистов Майдана, привели к гибели пожилой участницы протестов и ранению других протестующих. По этой причине бывший начальник управления СБУ в Хмельницком и сотрудник подразделения «Альфа» были оправданы ввиду отсутствия доказательств их причастности к стрельбе и наличия материалов, свидетельствующих об инсценированном характере этих событий.

Олег Татаров, ныне занимающий должность заместителя руководителя Офиса Президента Украины, 19 февраля 2014 года заявил западным дипломатам, что участники Майдана были расстреляны в спину другими протестующими, а не сотрудниками полиции. В то время Татаров являлся заместителем начальника Главного следственного управления Министерства внутренних дел Украины. Именно он первым публично высказал версию об инсценированном характере расстрелов на Майдане — за день до того, как в ходе событий погибли 49 участников протестов и 4 сотрудника полиции.

Объявлять версию об инсценированном характере расстрелов на Майдане, свидетельские показания участников Майдана и других украинских свидетелей, а также решения украинских судов «российским нарративом» или «российской пропагандой» означает использовать методы, напоминающие описанные Джорджем Оруэллом, и тем самым оправдывать виновных в массовых убийствах.

Публикация моей книги в открытом доступе была профинансирована за счёт гранта Университета Оттавы на открытые публикации и пожертвований более чем 360 участников кампании GoFundMe. Вопреки утверждениям, содержащимся в коллективном письме, организованном Умландом, Илон Маск не финансировал издание моей книги. Он лишь помог через платформу Twitter/X разблокировать кампанию GoFundMe, организованную для её публикации в открытом доступе. Я публично поблагодарил Илона Маска, Дэвида Сакса и всех участников сбора средств, которых, по моему мнению, Умланд, Шеховцов и их единомышленники безосновательно оклеветали. Я считаю особенно важным, что ведущие предприниматели Кремниевой долины открыто поддержали общественный сбор средств на публикацию академической книги и выступили против попыток политической цензуры научных исследований.

Умланд называет Илона Маска и Дэвида Сакса «технофашистами» и теперь утверждает, что цель организованной им кампании заключается в том, чтобы «противодействовать вмешательству сверхбогатых техноавторитариев, связанных с Белым домом, в восточноевропейские исследования». При этом, ни Умланд, ни другие подписавшие коллективное письмо, связанные с указанными академическими институтами, не возражали против того, что украинский олигарх Дмитрий Фирташ, разыскиваемый властями США по обвинениям во взяточничестве, выделил 6,7 миллиона долларов на создание и финансирование программы украинских исследований в Кембриджском университете; что Виктор Пинчук финансирует инициативы по изучению истории Украины; а также против пожертвований на сумму свыше одного миллиона долларов, сделанных ветеранами дивизии СС «Галичина» в пользу Канадского института украинских исследований. Сам Умланд работает в аналитических центрах, финансируемых западными правительствами, а ранее работал в одном из украинских аналитических центров, соучредителем которого был один из организаторов неонацистского батальона «Азов»!

В разделе рекомендаций своей статьи, опубликованной в «Украинской правде», Умланд одобрительно процитировал призыв к всеобщей мобилизации в Украине, принадлежащий неонацисту, который называл Адольфа Гитлера «выдающейся личностью». Кроме того, Умланд называл видеозаписи принудительной мобилизации в Украине российской пропагандой и распространял впоследствии опровергнутую, конспирологическую версию о том, что подрыв газопроводов «Северный поток» был организован Россией. Антон Шеховцов ранее возглавлял крымское отделение организации Александра Дугина — Евразийского союза молодёжи — и руководил акциями протеста против НАТО в Украине. Умланд, Шеховцов и их единомышленники пытаются заставить исследователей воспроизводить подобные пропагандистские тезисы и распространять политически выгодные, но недостоверные нарративы, которые сами же продвигают.

Умланд и Шеховцов прибегли к коллективному осуждению моей книги в том числе в ответ на содержащуюся в ней критику их позиции, которая характеризуется как оправдание и преуменьшение роли украинских неонацистских организаций.

Некоторые исследователи, особенно связанные с политически ангажированными аналитическими центрами, рассматривали роль ультраправых организаций и вооружённых формирований Украины во время Евромайдана и войны на Донбассе как незначительную или маргинальную. Они сосредоточивались на численности ультраправых организаций и уровне электоральной поддержки ультраправых партий, игнорируя или отрицая участие крайне правых в политическом насилии, включая события в Одессе и гражданскую войну на Донбассе. Они утверждали, что присутствие русскоязычных бойцов в полку «Азов» и других вооружённых неонацистских формированиях, свидетельствует об их относительной толерантности, а также заявляли, что полк «Азов» отказался от своих крайне правых истоков (см., например, Umland, 2019, 2020). Антон Шеховцов сравнил гибель людей в Доме профсоюзов в Одессе с тем, как он собирал колорадских жуков в коробку, а затем сжигал их (Anton, 2014). Ранее он был руководителем крымского отделения пророссийского ультраправого Евразийского союза молодёжи, возглавляемого Александром Дугиным (AntiNATOvskii, 2006).

Умланд, Шеховцов и их единомышленники ещё во время Евромайдана выступили инициаторами коллективного обращения, призывавшего исследователей и средства массовой информации не акцентировать внимание на деятельности ультраправых. Они утверждали, что насилие со стороны крайне правых было провокацией Януковича и России, а лидера ультраправой организации «Братство», участвовавшего в нападении на здание Администрации Президента, называли связанным с Россией провокатором.

Впоследствии эти утверждения оказались несостоятельными, поскольку та же организация «Братство» под руководством того же лидера создала собственный добровольческий батальон во время войны на Донбассе, а затем — подразделение в составе военной разведки Украины во время российско-украинской войны. Теперь инициированное ими открытое письмо фактически призывает игнорировать события расстрелов на Майдане, предполагаемую роль в них ультраправых сил и их значение для понимания причин российско-украинской войны, предостерегая читателей от ознакомления с подобными исследованиями, в том числе с моей книгой.

В западной академической системе институт постоянной профессорской должности (tenure) призван основываться на научных заслугах и обеспечивать исследователям защиту и академическую свободу при изучении политически чувствительных тем без опасений потерять место в университете. Однако моё недавно опубликованное исследование, охватившее более 500 выпускников докторских программ по экономике, образованию, политологии и социологии американских, британских и канадских университетов, специализировавшихся на странах Центрально-Восточной Европы и постсоветского пространства, показывает, что при трудоустройстве в западных университетах политические взгляды оказываются важнее академических заслуг.

В частности, в области политологии постоянные преподавательские должности получили лишь 22 % мужчин — выпускников докторских программ из Украины, тогда как среди женщин этот показатель составил 62 %. Для мужчин из Румынии он составил 55 %, из Польши — 47 %, из России — 27 %. Среди преподавателей западных университетов, имеющих постоянные должности, насчитывалось лишь двое мужчин, родившихся в Украине и получивших докторскую степень в университетах США, Великобритании или Канады. При этом двое из четырёх таких украинских профессоров-мужчин впоследствии уже утратили свои должности, а лишь один из них посвятил свою диссертацию Украине. Это означает, что после 2009 года ни один мужчина — выпускник университетов США, Великобритании или Канады, защитивший диссертацию по украинской тематике, не получил постоянной преподавательской должности в западном университете. Отсутствие статуса tenure означает меньшую защищённость украинских исследователей, придерживающихся взглядов, отличающихся от доминирующих западных представлений о войне, а также ограничивает их возможности получать финансирование и ресурсы для исследований войны и других конфликтов и политических процессов в Украине.

Коллективное письмо фактически подтверждает выводы моего исследования о «существующем дефиците украинских политологов-мужчин, занимающих постоянные должности в западных университетах, именно в период российско-украинской войны, когда глубокие знания об Украине должны быть особенно востребованы», о «дискриминации и сознательном исключении» таких исследователей «как части более широкой стратегии формирования общественного согласия в западных странах, поддерживающих прокси-войну в Украине», несмотря на многочисленные заявления о важности «украинских голосов» и «деколонизации» исследований посткоммунистического пространства на Западе. Эта кампания также демонстрирует «предвзятость и политизацию исследований Центрально-Восточной Европы и постсоветских стран в западной академической среде».

Мой академический послужной список включает семь научных монографий, двадцать две статьи в рецензируемых научных журналах и четырнадцать глав в коллективных монографиях. За последние три года были опубликованы или приняты к публикации три мои книги, четыре статьи в рецензируемых журналах и одна глава в коллективной монографии. Это в несколько раз превышает требования, предъявляемые для получения постоянной профессорской должности по политологии в абсолютном большинстве университетов Канады и США, причём обычно на достижение подобных показателей отводится примерно вдвое больший срок. Тем не менее инициаторы коллективного письма пытаются дискредитировать мою научную деятельность, искажая сведения о моей академической биографии и должности в Университете Оттавы.

Я  был приглашённым исследователем Центра российских и евразийских исследований имени Дэвиса Гарвардского университета, приглашённым доцентом кафедры политологии Государственного университета Нью-Йорка в Потсдаме, постдокторантом кафедры политологии Торонтского университета, а также постдокторантом Центра Клюге при Библиотеке Конгресса США. Докторскую степень я получил в Школе государственной политики и управления имени Шара при Университете Джорджа Мейсона под научным руководством Сеймура Мартина Липсета. Липсет, один из наиболее цитируемых политологов и политических социологов в истории, руководил моей диссертацией, посвящённой региональным политическим расколам и сепаратистским конфликтам на постсоветском пространстве — в Украине и в Молдавии. Позднее Липсет пригласил меня работать своим научным ассистентом и я стал соавтором его книги. Липсет называл меня одним из своих лучших учеников, включая студентов Гарвардского и Стэнфордского университетов, где сам Липсет занимал именные профессорские кафедры.

Липсет говорил мне, что если результаты исследования полностью совпадают с политическими убеждениями самого исследователя, то такие результаты следует «выбросить в корзину». Именно этому принципу, который также отстаивали Макс Вебер и многие другие крупнейшие представители общественных наук, я следую в своих книгах и научных работах. Напротив, инициаторы коллективного письма не только открыто заявляют, что не считают необходимым придерживаться принципа академической нейтральности при изучении российско-украинской войны, но и стремятся навязать подобную политическую ангажированность всем исследователям, занимающимся этим конфликтом.

Организованная Умландом, Шеховцовым и их единомышленниками кампания против меня и моей научной книги представляет собой не только открытую атаку на академическую свободу, но и попытку добиться цензурирования книги, а также подвергнуть меня уголовному преследованию или санкциям за результаты научных исследований. Подобные случаи политического преследования исследователей неоднократно происходили в Украине.

Мой дом, земельный участок и другое имущество в родной для меня Западной Украине были незаконно изъяты в качестве ответной меры за мои научные исследования расстрелов на Майдане. Я был внесён на связанный с украинскими государственными структурами сайт «Миротворец» как лицо, совершившее «преступления», заключавшиеся, по утверждению составителей базы, в демонстрации причастности радикальных националистов и неонацистов к убийствам участников Майдана и сотрудников полиции, а также в обнародовании информации о ветеране дивизии СС «Галичина», которому во время выступления в парламенте Канады аплодировали стоя представители правительства и парламента Канады, президент Владимир Зеленский и сопровождавшая его делегация. Одно из украинских государственных ведомств, первым заместителем руководителя которого является лидер Организации украинских националистов (ОУН), сотрудничавшей с нацистской Германией и участвовавшей в создании дивизии СС «Галичина», запретило мою книгу и пригрозило мне уголовным преследованием в связи с её публикацией.

Предшественники нынешних инициаторов кампании ещё в сталинскую эпоху в годы Большого террора опубликовали в украинской газете «Коммунист» аналогичный донос против моего родственника — украинского математика Михаила Кравчука — и его научных работ. Два тома математического труда Кравчука были впоследствии переведены на английский язык и использованы американским изобретателем электронного цифрового компьютера при создании вычислительной машины, предназначенной для ускоренного решения математических задач с использованием методов, разработанных выдающимся украинским математиком. Однако сам Кравчук был арестован по ложным обвинениям и погиб в одном из лагерей ГУЛАГа в годы сталинских репрессий. Сегодня современные наследники советской традиции политических доносов используют изобретение, созданию которого способствовали научные идеи Кравчука, для распространения аналогичных политических обвинений уже против меня и моей научной книги.

Историческая экспертиза" издается благодаря помощи наших читателей.

Хочу помочь журналу