top of page

А.Р. Дюков «Который сегодня день?» Константин Калиновский и пароли виленского повстанческого...





А.Р. Дюков «Который сегодня день?» Константин Калиновский и пароли виленского повстанческого подполья




7.03.2023


Доминиканская улица. Вильнюс. XIX в.


В статье разбирается история пароля «Кого любишь? – Люблю Беларусь. – Так взаимно», якобы связанного с личностью Константина Калиновского, лидера восстания 1863 г. в северо-западном крае Российской империи. Привлечение ранее не вводившихся в научный оборот архивных материалов и их контекстуализация позволили доказать, что пароль был установлен не Калиновским, а отстранившими его от власти «белыми» лидерами. Вне всякого сомнения, использованное в пароле слово «Белорусь» имело не национальное и не идеологическое, а лишь географическое измерение.

Ключевые слова: Константин Калиновский, восстание 1863 г., источниковедение, национальный вопрос, Польша, Белоруссия

Сведения об авторе: Дюков Александр Решидеович, научный сотрудник Института российской истории РАН (Москва)

Контактная информация: a.dyukov@gmail.com



Dyukov Alexander R.

"What day is it today?" Konstantin Kalinowski and the watchwords of the Vilna rebel underground

The article analyzes the history of the watchword “Kogo ljubish? – Ljublju Belorus. – Tak vzaimno”, allegedly associated with Konstantin Kalinowski, the leader of the uprising of 1863 in the northwestern region of the Russian Empire. The involvement of new archival materials and their contextualization made it possible to prove that the watchword was set not by Kalinowski, but by the “white” leaders of the uprising who removed him from power. The word "Belоrus" used in the watchword had neither a national or an ideological dimension, but only a geographical one.

Key words: Konstantin Kalinowski, uprising of 1863, source study, national question, Poland, Belarus

Dyukov Alexander R.— Researcher of the Institute of Russian history, RAS (Moscow)



25 декабря 1863 г., в католическое Рождество, на железнодорожной станции Вильна с петербургского поезда сошел молодой человек лет двадцати. Тепло попрощавшись со своим попутчиком, юноша взял извозчика, довез свои вещи до гостиницы «Петербургская» и отправился гулять по городу. Немного пропетляв по узким и многолюдным виленским улочкам, он вышел к костелу Святого Духа, некогда бывшего частью доминиканского монастыря. Монастырь упразднили двадцать лет назад, а в 1863 г. монашеские кельи приспособили для содержания политических преступников, участвовавших в нынешнем восстании. Правду сказать, молодому человеку было самое место в одной из этих келий, поскольку он был не только недоучившимся студентом, но и, с недавнего времени, повстанческим комиссаром Могилевского воеводства. Звали же юношу Витольд Парфиянович. В празднично украшенный доминиканский костел Парфиянович заходить не стал, а повернул к примыкавшему к храму трехэтажному дому с аптекой. Поднявшись на третий этаж, он постучался в располагавшуюся над аптекой квартиру и спросил госпожу Юзефу Баневич.

Полтора месяца спустя, 2 (14) февраля 1864 г.[1] находящийся под арестом Парфиянович в показаниях следствию следующим образом опишет тот день: «В Вильно я приехал 25-го декабря, вместе с чиновником Борейко: не решаясь отправиться для свидания с Калиновским в квартиру Ямонта, я воспользовался данным в Могилеве Жуковским адресом к госпоже Баневич (улица Доминиканская, в Доминиканском здании, над аптекою Савицкаго). Прийдя в ея квартиру, я застал Баневич дома и сказал лозунг "кого любишь", на что она должна была ответить "люблю Белорусь", и наконец я обязан был прибавить "так взаимно", но она встревожилась… не отвечала мне на лозунг и просила обратиться к кому-либо другому» [LVIA. Ф. 1248. Оп. 2. Д. 594. Л. 8об., 9].

Пожалуй, ни один другой фрагмент из следственных показаний участников польского восстания 1863 г. не пользуется такой популярностью, как этот. Правда, как правило, его сокращают до названного Парфияновичем пароля: «Кого любишь? – Люблю Белорусь. – Так взаимно». Этот пароль на протяжении уже более шести десятков лет используют в качестве ultima ratio в любых дискуссиях о национальности и национальной самоидентификации лидера восстания 1863 г. Константина Калиновского. Советский историк Анатолий Смирнов еще в 1959 г. утверждал, что этот пароль придуман лично Калиновским и что в пароле проявилось «глубокое уважение Калиновского к своему народу» [Смирнов 1959: 71]. Историк Геннадий Киселев, также, как и Смирнов, считавший Калиновского белорусом, упоминал пароль «виленской революционной организации» в качестве «прямой емкой формулы» национальной идеи Калиновского [Кісялёў 2016: 367]. Аналогичной точки зрения придерживается и историк Валентин Голубев, впервые полностью опубликовавший показания Парфияновича [Голубеў 2013]. «Сам Калиновский не был польским националистом, а белорусским. И на вопрос “Каго любiшь?” отвечал “Люблю Беларусь”», - утверждал литературовед Адам Мальдис [Мальдис 2019]. Как доказательство «национального выбора» Калиновского приводит пароль сотрудник «Радио Свобода» Сергей Абламейка в статье под громким названием «Калиновский был белорусом. Доказать обратное невозможно» [Абламейка 2021].

Что же можно противопоставить этим, на первый взгляд, обоснованным заявлениям? – Разве что внимательный анализ первоисточника, почему-то не проводившийся никем из ссылающихся на «пароль Калиновского».

Обратившись к уже процитированному фрагменту показаний В. Парфияновича, мы обнаруживаем, что адрес явочной квартиры был дан ему неким Жуковским в Могилеве. «Я воспользовался данным в Могилеве Жуковским адресом к госпоже Баневич», - показал Парфиянович [LVIA. Ф. 1248. Оп. 2. Д. 594. Л. 8об.]. Более развернуто об этом эпизоде сказано в самом начале показаний Парфияновича: «В бытность мою в Могилеве, я познакомился с доктором Михаилом Оскерко в феврале 1863 г. который после уехал из Могилева в Вильно; насколько я мог заметить, то он еще в Могилеве участвовал в организации; в Могилеве же я получил от офицера Жуковского около 200 руб. сер. денег и адрес Баневич и Кондратовичевой в Вильно и лозунг, и который мне требовал чтобы я отправился в Вильно» [LVIA. Ф. 1248. Оп. 2. Д. 594. Л. 6.]. Итак, не только адрес явочной квартиры, но и пароль «Кого любишь?» Парфиянович получил в Могилеве от некого причастного к восстанию офицера Жуковского. Но откуда взял этот пароль Жуковский?

Для ответа на этот вопрос необходимо идентифицировать упомянутого Парфияновичем офицера. Это несложно, поскольку среди действовавших в Могилевской губернии подпольщиков и повстанцев был только один офицер с такой фамилией – Ян-Алоизий Жуковский, польский дворянин, до ухода в восстание служивший в русской армии поручиком 3-й батареи 1-й сводной резервной артиллерийской бригады [Матвейчык 2016: 223; Дьяков 1963: 49; АМММ 1915: 423; Восстание… 1965: 550]. Под псевдонимом «Коса» Я.-А. Жуковский был командиром одного из повстанческих отрядов, подчинявшихся военному начальнику Могилевского воеводства Людвигу Звеждовскому. По своей самоидентификации Жуковский, как и Звеждовский, был поляком; агитируя крестьян, он утверждал, что «уже теперь в здешнем крае управление польского короля, русского же царя законы не имеют никакого значения» [Восстание… 1965: 483].

Передача Жуковским пароля Парфияновичу произошла не позднее 22 апреля (4 мая) поскольку после этого Жуковский находился в возглавляемом им повстанческом отряде в Чериковском уезде [Пaўстанне 2014: 336] и, разумеется, уже не мог встречаться с кем-либо в Могилеве. 24 апреля (6 мая) 1863 г., после нападения на г. Горки Могилевской губернии, отряд «Косы» был окружен и разбит русскими войсками, а сам Жуковский пропал, по некоторым данным – выехал в Польшу [Дьяков 1963: 49; Восстание… 1965: 550]. Наши расчеты находят прямое подтверждение в ранее не вводившихся в научный оборот дополнительных показаниях Парфияновича, в которых отмечается, что «адрес в Вильно госпожи Баневич я получил еще в Могилеве, в конце апреля» [LVIA. Ф. 1248. Оп. 2. Д. 594. Л. 12].

Вся известная информация о причастности Я.-А. Жуковского к польскому национальному движению ограничивается периодом командования им повстанческим отрядом в апреле 1863 г. Его фамилия отсутствует как в «списке Огарева» [Нечкина 1953: 513-517], так и в «Алфавите лицам военного ведомства, замеченным в политических преступлениях и проступках» [Богданов, Дьяков 1960]. Поручик, таким образом, не контактировал с подпольными организациями, действовавшими до начала восстания и не мог иметь самостоятельной связи с повстанческим центром в Вильно. Получить адрес явочной квартиры в Вильно и пароль Жуковский мог только от своего непосредственного командира Звеждовского.

Штабс-капитан Людвиг Звеждовский, собственно, говоря был одним из главных организаторов подпольного движения в Вильно. Еще в 1861 г. он возглавил подпольную организацию «Комитет движения», которая летом 1862 г. была преобразована в «Литовский провинциальный комитет» [Кісялёў 1966: 120, 122-123]. Однако осенью того же года власти что-то заподозрили – и перевели Звежовского на службу в Москву [Кісялёў 1966: 128]; именно после этого главой Литовского провинциального комитета стал Константин Калиновский. Так что когда началось восстание, штабс-капитан Звеждовский остался не у дел; только в конце марта 1863 г. он смог выхлопотать у военного начальства отпуск и 22 марта (3 апреля) отправился из Москвы в Вильно [Бикулич 1964: 96].

Приехав в Вильно, Звеждовский лично встречался с также недавно прибывшим в город лидером восстания, офицером Генерального штаба русской армии З. Сераковским и обсуждал с ним военные планы [Бикулич 1964: 96]. Звеждовский также встретился с руководством Отдела, управляющего провинциями Литвы, от которого получил вырезанную в Варшаве печать военного начальника Могилевского воеводства [Штакельберг 1974: 223] и соответствующее назначение. 31 марта (12 апреля) 1863 г. Звеждовский был в Санкт-Петербурге, где пытался вербовать в восстание офицеров польского происхождения, 3 апреля (15 апреля) - в Москве и в тот же день уехал в Могилев [Революционные связи… 1963: 264-265].

По всей видимости, вскоре после приезда Звеждовского в Могилев ему понадобилось связаться с Вильно; подобрать курьера было поручено Жуковскому, который не позднее 22 апреля по юлианскому стилю передал согласившемуся на роль курьера Парфияновичу полученные от командира деньги, адрес явочной квартиры в Вильно и пароль.

Важно отметить, что упомянутые адрес и пароль Звеждовский мог получить только во время своей поездки в Вильно в марте 1863 г. Следовательно, пароль для связи с Вильно был получен им не от Калиновского.

Дело в том, что в конце февраля 1863 г. в Вильно произошли события, в советской историографии получившие название «белого переворота». Руководитель Литовского провинциального комитета Калиновский был отстранен от руководства восстанием, которое перешло в руки Отдела, управляющего провинциями Литвы под руководством Якуба Гейштора. Калиновский же был назначен агентом Ковенского воеводства; соответствующее распоряжение было подписано Гейштором 14 (26) марта [Sukilimas… 2013: 192]. Спустя полторы недели, 25 марта (6 апреля) 1863 г. Калиновский получил должность правительственного комиссара Гродненского воеводства [Sukilimas… 2013: 193].

Неизвестно, выехал ли Калиновский в Гродно сразу же после получения должности агента, или только после получения должности комиссара. Если верен первый вариант, то Калиновский вообще не имел возможности встретиться со Звеждовским во время его пребывания в Вильно. Если же Калиновский уехал в Гродно после 25 марта, то со Звеждовским он встретиться теоретически мог – но пароли, которые тогда Калиновский мог бы дать штабс-капитану были бы не в Вильно, а в Гродно.

Следовательно, пароль «Кого любишь?» был получен от руководства Отдела – тех самых «белых», которые отстранили Калиновского от руководства восстания и назначили Звеждовского военным начальником Могилевского воеводства.

Как видим, к паролю «Кого любишь? – Люблю Белорусь! – Так взаимно» Калиновский абсолютно никакого отношения не имел, а имели отношение к этому паролю «белые» во главе с Якубом Гейштором. Заподозрить в Гейшторе и его сподвижниках белорусов или глашатаев «белорусской национальной идеи», мягко говоря, затруднительно. Слово «Белорусь» в пароле упоминалось чисто в территориальном, а не в национальном смысле – ведь пароль был дан для связи с Вильно повстанцам, собиравшимся действовать в белорусской (Могилевской) губернии. Стоит, между прочим, отметить, что в пароле использовалось именно слово «Белорусь» (а не «Беларусь») – на следствии Парфиянович трижды цитировал этот пароль и все три раза именно в таком написании [LVIA. Ф. 1248. Оп. 2. Д. 594. Л. 8об., 13, 69].

Прояснение истории пароля «Кого любишь? – Люблю Белорусь! – Так взаимно» позволяет нам понять и реакцию Ю. Баневич, которая, по словам Парфияновича, «встревожилась», «не отвечала мне на лозунг» и «просила обратиться к кому-либо другому». Парфиянович связал испуг связной с недавним арестом одного из помощников Калиновского Титуса Далевского [LVIA. Ф. 1248. Оп. 2. Д. 594. Л. 8об.], однако гораздо более вероятно, что Баневич испугалась незнакомого человека, который в конце декабря пришел к ней с паролем, выданным в конце марта. За прошедшие месяцы пароль явно поменялся и, скорее всего, не один раз.

О том, что пароль на квартире Баневич давно был другим, свидетельствует тот факт, что когда Парфиянович все-таки встретился с Калиновским, ему дали новый пароль, который необходимо было называть Баневич. Вот как это описывается в показаниях Парифиянович: «Чрез несколько времени явился господин, около 24 лет, небольшого роста, светлорусый, бледный, худощавый (для чтения надевает очки), которого Калиновский отрекомендовал мне экспедитором. Калиновский вскоре ушел, пришедший же господин… сообщил мне новый лозунг "который день", адресы Баневич и княжны Огинской (в доме Длукшы, название переулка не помню), наконец был рецепт симпатических чернил» [LVIA. Ф. 1248. Оп. 2. Д. 594. Л. 9об.] Парфиянович дважды упомянул пароль «который день» и в последующих показаниях [LVIA. Ф. 1248. Оп. 2. Д. 594. Л. 14-14об., 211], но, к сожалению, опять не привел его полный текст. К счастью, мы знаем этот пароль по следственным показаниям другого польского подпольщика, доктора Людвика Дзичковского.

В октябре 1863 г. Дзичковский был назначен подпольным гражданским начальником Ковенского воеводства; его предшественник передал Дзичковскому не только дела, но и контакты для прямой связи с Калиновским и Титусом Далевским. На следствии Дзичковский показал: «Для возможности же сообщения с ними оставлен мне Краевским адрес следующего рода: посланный из Ковно (полагаю, и из других мест) должен обратиться в Вильне в Бернардинский переулок в дом № 147 и спросить девицу Ванду Купсць (Kupść) и сказать лозунг: “Который сегодня день?”, и когда скажут, например, вместо четверга двумя днями раньше, т.е. “вторник”, то отвечающий должен назвать двумя днями позже, таким образом: “Нет, не вторник, а суббота”. По этому условному знаку посланный будет принят и для свидания по делу в назначенное время и место явится Калиновский или Далевский, но скорее последний» [Калiноўскi 1999: 197].

Дзичковского арестовали 30 ноября (12 декабря) 1863 г., 5 (17) декабря он дал процитированные выше показания, а на следующий день уточнил: «Помимо сказанного адреса на имя Купсць, припоминаю, что при получении однажды корреспонденции из Вильно доставлен был адрес, как мне тогда сказали, более вероятный, а именно на Скопувке (дом, кажется, Стырнейки, а, впрочем, может быть и другой фамилии, у ворот лавочка и из-под ворот ход вправо), спросить г-жу Кондратович, жену покойного поэта Сырокомли» [Калiноўскi 1999: 197].

Полиция немедленно воспользовалась полученным паролем и адресом, и 8 (20) декабря на квартире Паулины Кондратович был арестован вызванный для встречи Титус Далевский [Кісялёў 1966: 174]; достоверность показаний Парфияновича, таким образом, блестяще подтвердилась. Через несколько дней, 10 (22) декабря Далевскому удалось написать в тюрьме письмо своей невесте Елене Ямонт, в котором описывались обстоятельства ареста и говорилось о «предательстве доктора Дзичковского» [Герасімчык 2016]. Письмо это было передано на волю нелегально.

Судя по всему, информация из письма Далевского дошла до Калиновского уже после католического рождества. Об этом свидетельствует тот факт, что 14 (26) декабря Калиновский передал Парфияновичу пароль «Который сегодня день?» Совершенно очевидно, что в этом момент Калиновский не знал о том, что передаваемый пароль уже известен властям. Однако после получения информации о «предательстве доктора Дзичковского», Калиновский принял решение изменить и пароли, и явки, и нелегальные «почтовые ящики». Прямое указание на это содержится протоколе допроса комиссара Минского воеводства Юзефа Ямонта, встречавшегося с Калиновским в те же рождественские дни, что и Парфиянович: «Калиновский обещал вскоре через кого-нибудь едущего в Минск прислать адресы корреспонденциям из Минска и Могилева, а[д]ресы в Вильне для личных свиданий, переменив сигнал и лозунг между Вильном и Минском» [Восстание… 1965: 452].

Новый пароль и адреса для связи с Вильно Парфиянович должен был получить через Ямонта уже в Минске, однако к январю 1864 г. адреса и пароли из Вильно не пришли; об этом свидетельствуют как следственные показания [Восстание… 1965: 452; LVIA. Ф. 1248. Оп. 2. Д. 594. Л. 10об], так и опись исходящих документов Калиновского [LVIA. Ф. 378. Оп. 158. Д. 16. Л. 91об.]. Какими могли быть эти новые пароли – навсегда останется загадкой. Как Ямонт, так и Парфиянович были вскоре арестованы; благодаря показаниям последнего был задержан и Калиновский.

Нам уже приходилось отмечать, что следственные показания необходимо проверять, привлекая независимые источники [Дюков 2018: 84]. Хотя это замечание делалось при описании методики источниковедческого исследования следственных дел сталинской эпохи, оно, безусловно, верно и для более раннего периода. Проведенная проверка показывает, что показания Парфияновича обладают высокой достоверностью и точностью, однако та их часть, которая касается пароля «Кого любишь?», была превратно истолкована историками.

В показаниях Парфияновича нет никаких указаний на то, что указанный пароль был хоть как-то связан с Калиновскими или его близким кругом. Внимательное изучение показаний Парфияновича и их историческая контекстуализация показывает, что Калиновский к паролю «Кого любишь? – Люблю Белорусь. – Так взаимно» не имеет никакого отношения. Пароль был установлен отстранившими Калиновского от власти «белыми» лидерами Отдела, управляющего провинциями Литвы для связи с Могилевским воеводством. Вне всякого сомнения, использованное в пароле слово «Белорусь» имело не национальное и не идеологическое, а лишь географическое измерение, - ведь пароль этот предназначался для повстанцев, действовавших в белорусских губерниях.

Каким в октябре – декабре 1863 г. был настоящий пароль, при помощи которого можно было договориться о встрече с Калиновскими или его ближайшим помощником, известно как из показания Парфияновича, так и из независимого источника – следственных показаний Дзичковского, также чрезвычайно достоверных. Пароль звучал следующим образом: «Который сегодня день? – Вторник. – Нет, не вторник, а суббота». Усмотреть в этом пароле хоть что-то, связанное с каким бы то ни было национальным выбором, не представляется возможным.

Заблуждения, связанные с личностью Константина Калиновского, в том числе с его национальностью и/или национальной самоидентификацией, так давно и прочно закрепились в историографии, что стали восприниматься как «общеизвестные факты». История с паролем «Кого любишь? – Люблю Белорусь. – Так взаимно» наглядно показывает, что заблуждения эти в первую очередь порождены недостаточным владением историческим материалом, неумением анализировать и контекстуализировать содержащуюся в источниках информацию, пренебрежением источниковедческим инструментарием.



Источники и литература


LVIA — Lietuvos valstybės istorijos archyvas; Государственный исторический архив Литвы.

Sukilimas… 2013 — 1863-1864 metų sukilimas Lietuvoje / Sud. A. Bieliūnienė, B. Kulnytė, R. Subatniekienė. Vilnius, 2013.

Абламейка 2021 – Абламейка С. Каліноўскі быў беларусам. Даказаць адваротнае немагчыма// «Радыё Свабода», 22.03.2021.

АМММ 1915 — Архивные материалы Муравьевского музея, относящиеся к польскому восстанию 1863-1864 гг. в пределах Северо-Западного края. Ч. 2. Вильна, 1915.

Бикулич 1964 – Бикулич В.Б. Воспоминания А. Сераковской (Далевской) и другие материалы о З. Сераковском в ЦГИА Литовской ССР // К столетию героической борьбы «за нашу и вашу свободу». Сборник статей и материалов о восстании 1863 г. М., 1964.

Богданов, Дьяков 1960 – Богданов Г.В., Дьяков В.А. Алфавит участников революционного движения в русской армии за 1863 – 1863 гг. // Восстание 1863 г. и русско-польские революционные связи 60-х годов. Сборник статей и материалов. М., 1960.

Восстание… 1965 — Восстание в Литве и Белоруссии, 1863 — 1864 гг.: Сборник документов / Редколл. В. Дьяков, В. Жигалов, Ю. Жюгжда, С. Кеневич и др. М., 1965.

Герасімчык 2016 – Герасімчык В.У. «Дзяліў з маёй сям’ёй яе вялікую нядолю»: пра Цітуса Далеўскага, героя паўстання 1863 // Наша Нiва. 2016. 7 студзень.

Голубеў 2013 - Голубеў В.Ф. Люблю Беларусь! Пароль паўстанцаў 1863—1864 гг. // Беларускі гістарычны часопіс. 2013. № 12.

Дьяков 1963 – Дьяков В.А. Герцен, Огарев и комитет русских офицеров в Польше // Революционная ситуация в России в 1859 – 1861 гг. [Т. III.] М., 1963.

Дюков 2018 - Дюков А.Р. К вопросу о допустимости использования следственных показаний, полученных органами ОГПУ-НКВД // Известия высших учебных заведений. Поволжский регион. Гуманитарные науки. 2018. №3.

Калiноўскi 1999 – Калiноўскi К. За нашую вольнасць: творы, дакументы / Уклад., парадм., паслясл., камент. Г.В. Кiсялёва. Мінск, 1999.

Кісялёў 1966 – Кісялёў Г.В. Летапic жыцця i дзейнасцi Кастуся Калiноўскага // Кісялёў Г.В. З думай пра Беларусь: Даследаваннi i знаходкi з гiсторыi беларускай лiтаратуры i рэвалюцыйнага руху другой паловы XIX стагоддзя. Мінск, 1966.

Кісялёў 2016 - Кісялёў Г.В. Нацыянальная iдэя ў Калiноўскага // Кісялёў Г.В. Выбранае. Мінск, 2016.

Мальдис 2019 – Мальдис: Говорил бы «польский националист» Калиновский «Люблю Беларусь»? // «Еврорадио», 19.01.2019.

Матвейчык 2016 – Матвейчык Дз. Удзельнікі паўстання 1863–1864 гадоў: біяграфічны слоўнік (паводле матэрыялаў Нацыянальнага гістарычнага архіва Беларусі). Мiнск, 2016.

Нечкина 1953 – Новые материалы о революционной ситуации в России (1959 – 1961 гг.). Статья и публикация М. Нечкиной // Литературное наследство. Т. 61: Герцен и Огарев. [Кн.] I. М., 1953.

Пaўстанне 2014 — Паўстанне 1863-1864 гадоў у Віцебскай, Магілёўскай і Мінскай губернях: дакументы і матэрыялы Нацыянальнага гістарычнага архіва Беларусі / Уклад. Дз. Ч. Матвейчык. Мінск, 2014.

Революционные связи… 1963 – Русско-польские революционные связи / Редколл. В. Дьяков, С. Кеневич, И. Миллер, Т. Снытко. М., 1963. Т. 1.

Смирнов 1959 – Смирнов А.Ф. Кастусь Калиновский. М., 1959.

Штакельберг 1974 – Штакельберг Ю.И. Структура повстанческой организации 1862 – 1864 гг. по данным сфрагистики (на территории, охваченной вооруженным восстанием) // Общественно-политические движения в Центральной Европе в XIX – начале ХХ в.: сборник статей и материалов. М., 1974.


References


LVIA — Lietuvos valstybės istorijos archyvas.

Sukilimas… 2013 — 1863-1864 metų sukilimas Lietuvoje / Sud. A. Bieliūnienė, B. Kulnytė, R. Subatniekienė. Vilnius, 2013.

Ablamejka 2021 – Ablamejka S. Kalіnoўskі byў belarusam. Dakazac' advarotnae nemagchyma// «Radyyo Svaboda», 22.03.2021.

AMMM 1915 — Arhivnye materialy Murav'evskogo muzeya, otnosyashchiesya k pol'skomu vosstaniyu 1863-1864 gg. v predelah Severo-Zapadnogo kraya. Ch. 2. Vil'na, 1915.

Bikulich 1964 – Bikulich V.B.Vospominaniya A. Serakovskoj (Dalevskoj) i drugie materialy o Z. Serakovskom v CGIA Litovskoj SSR // K stoletiyu geroicheskoj bor'by «za nashu i vashu svobodu». Sbornik statej i materialov o vosstanii 1863 g. M., 1964.

Bogdanov, D'yakov 1960 – Bogdanov G.V., D'yakov V.A.Alfavit uchastnikov revolyucionnogo dvizheniya v russkoj armii za 1863 – 1863 gg. // Vosstanie 1863 g. i russko-pol'skie revolyucionnye svyazi 60-h godov. Sbornik statej i materialov. M., 1960.

Vosstanie… 1965 — Vosstanie v Litve i Belorussii, 1863 — 1864 gg.: Sbornik dokumentov / Redkoll. V. D'yakov, V. Zhigalov, Yu. Zyugzda, S. Kenevich i dr. M., 1965.

Gerasіmchyk 2016 – Gerasіmchyk V.U. «Dzyalіў z mayoj syam’yoj yae vyalіkuyu nyadolyu»: pra Cіtusa Daleўskaga, geroya paўstannya 1863 // Nasha Niva. 2016. 7 studzen'.

Golubeў 2013 - Golubeў V.F. Lyublyu Belarus! Parol' paўstancaў 1863—1864 gg. // Belaruskі gіstarychny chasopіs. 2013. № 12.

D'yakov 1963 – D'yakov V.A. Gercen, Ogarev i komitet russkih oficerov v Pol'she // Revolyucionnaya situaciya v Rossii v 1859 – 1861 gg. [T. III.] M., 1963.

Dyukov 2018 - Dyukov A.R. K voprosu o dopustimosti ispol'zovaniya sledstvennyh pokazanij, poluchennyh organami OGPU-NKVD // Izvestiya vysshih uchebnyh zavedenij. Povolzhskij region. Gumanitarnye nauki. 2018. №3.

Kalinoўski 1999 – Kalinoўski K. Za nashuyu vol'nasc': tvory, dakumenty / Uklad., paradm., paslyasl., kament. G.V. Kisyalyova. Mіnsk, 1999.

Kіsyalyoў 1966 – Kіsyalyoў G.V. Letapic zhyccya i dzejnasci Kastusya Kalinoўskaga // Kіsyalyoў G.V. Z dumaj pra Belarus': Dasledavanni i znahodki z gistoryi belaruskaj litaratury i revalyucyjnaga ruhu drugoj palovy XIX stagoddzya. Mіnsk, 1966.

Kіsyalyoў 2016 - Kіsyalyoў G.V. Nacyyanal'naya ideya ў Kalinoўskaga // Kіsyalyoў G.V. Vybranae. Mіnsk, 2016.

Mal'dis 2019 – Mal'dis: Govoril by «pol'skij nacionalist» Kalinovskij «Lyublyu Belarus'»? // «Euroradio», 19.01.2019.

Matvejchyk 2016 – Matvejchyk Dz. Udzel'nіkі paўstannya 1863–1864 gadoў: bіyagrafіchny sloўnіk (pavodle materyyalaў Nacyyanal'naga gіstarychnaga arhіva Belarusі). Minsk, 2016.

Nechkina 1953 – Novye materialy o revolyucionnoj situacii v Rossii (1959 – 1961 gg.). Stat'ya i publikaciya M. Nechkinoj // Literaturnoe nasledstvo. T. 61: Gercen i Ogarev. [Kn.] I. M., 1953.

Paўstanne 2014 — Paўstanne 1863-1864 gadoў u Vіcebskaj, Magіlyoўskaj і Mіnskaj gubernyah: dakumenty і materyyaly Nacyyanal'naga gіstarychnaga arhіva Belarusі / Uklad. Dz. Ch. Matvejchyk. Mіnsk, 2014.

Revolyucionnye svyazi… 1963 – Russko-pol'skie revolyucionnye svyazi / Redkoll. V. D'yakov, S. Kenevich, I. Miller, T. Snytko. M., 1963. T. 1.

Smirnov 1959 – Smirnov A.F. Kastus' Kalinovskij. M., 1959.

Shtakel'berg 1974 – Shtakel'berg YU.I. Struktura povstancheskoj organizacii 1862 – 1864 gg. po dannym sfragistiki (na territorii, ohvachennoj vooruzhennym vosstaniem) // Obshchestvenno-politicheskie dvizheniya v Central'noj Evrope v XIX – nachale XX v.: sbornik statej i materialov. M., 1974.


[1] Здесь и далее в начале указывается дата по юлианскому календарю, использовавшемуся в Российской империи, а в скобках – дата по григорианскому календарю, использовавшемуся в Царстве Польском и в обиходе польского населения Северо-западного края Российской империи.


"Историческая экспертиза" издается благодаря помощи наших читателей.


1 316 просмотров

Недавние посты

Смотреть все

Comments


bottom of page