Шубин А. В. ГОРБАЧЕВ КАК ИСТОРИОГРАФИЧЕСКАЯ ПРОБЛЕМА






Шубин А. В. ГОРБАЧЕВ КАК ИСТОРИОГРАФИЧЕСКАЯ ПРОБЛЕМА
























Сведения об авторе: Шубин Александр Владленович – доктор исторических наук, главный научный сотрудник Института всеобщей истории РАН, профессор РГГУ и ГАУГН.


Ну вот теперь можно будет написать его полную биографию.

Материал в основном готов, но полная биография предполагает дату смерти. Теперь она есть. О нем уже написаны тысячи страниц в академических трудах, в том числе и мной. Но в большинстве случаев Горбачев – повод поговорить об идеологии того, кто о нем пишет. Горбачев – «неправильный» либерал, слабый царь, злодей-разрушитель, трепливый Манилов, недоделанный социал-демократ… Классические образы, которые уже давно существовали до него и прибудут вовеки в историко-идеологическом спектре. Сегодня востребованы простые штампованные ответы на сложные вопросы. Но только спокойная и рациональная биография Горбачева позволит извлечь из его истории действительно полезный для будущего опыт.

Я не против того, чтобы помещать Горбачева в тот или иной идеологический контекст. Но это должна быть личность Горбачева, а не светлый (темный) образ его. Важно понять, каково его место в эпохе Перестройки, которая часто с ним отождествляется, но которая гораздо больше его. И каково место самой эпохи в развитии страны и мира. То, что кончилось катастрофой и откатом назад, может трактоваться и как вершина, с которой мы скатились.

При этом роль Горбачева, на мой взгляд, часто преувеличивается. Он не творец всего, что произошло после 1985 г., а один из участников этой драмы. Он – «в главных ролях», но этих ролей много.

Пока он был у власти, я был его политическим противником. Как историк, я чаще выступаю в роли его адвоката, но от некоторых его соратников слышал упреки за излишнюю критику в его адрес. В конечном итоге в науке все определяет полнота и рациональность анализа источников. Суд истории – не трибунал, который вершится с целью осуждения или оправдания подсудимого. Историк должен выяснять, как было дело, его задача – реконструкция реального опыта людей, а не раздача оценок.

Людям, ругающим Горбачев почем зря, я обычно предлагаю рассказать, что бы они делали на его месте. Обычно ответы являются шаблонными – от Горбачева требуют либо того, что он и так делал (люди уже забыли и деталях политики Перестройки), либо требуют так завинтить гайки, что это вызвало бы на мой взгляд катастрофу с голодом и гражданской войной. То, что сделал и не сделал Горбачев, нужно расценивать с учетом сложности задачи, и всякий другой подход характеризует скорее говорящего, чем самого Михаила Сергеевича. В то же время идеализация Горбачева ведет к предательству его дела. Ведь если он сделал все, что возможно – и результат такой печальный, то больше не следует прорываться к обществу, сочетающему справедливость и свободу. А судя по тому, что мы видим вокруг – еще как следует. Но новую Перестройку нужно делать с учетом и ошибок, и богатого опыта Перестройки – опыта не только Горбачева, а всего общества. Первая Перестройка напоминает мне первые самолеты – хрупкие этажерки без опыта посадки. Да, они разбивались. Но сегодня мы летаем на куда более надежных самолетах.

Я встречался с ним раза три, и мои впечатления не перевернули представление об этой фигуре, а стали кусочками мозаики, которые легли в общую картину. Какие-то сюжеты его жизни я знал лучше, чем он сам – ведь человек в преклонном возрасте уже не помнит много из того, что отложилась в архивах.

В этом году у моих знакомых появилась возможность взять у него интервью. Было понятно, что это будет последнее интервью, и я попросил задать ему среди прочих еще один развернутый вопрос: «После отставки Вы неоднократно выражали уверенность в том, что эпоха Горбачева только начинается, что развертывание конструктивного потенциала Перестройки продолжается. Можно ли сказать, что за прошедшие 30 лет мир и постсоветское пространство продвинулось вперед по этому пути Перестройки? И если да, то в чем это выразилось? На что бы Вы еще обратили внимание политиков мира, чтобы продвинуть вперед дело мира, социального и гуманитарного прогресса?» Мне хотелось услышать ответ, с которым я вероятно не буду согласен, но который характеризует его представление об итогах. Интервью не состоялось. Может быть и хорошо. На пороге вечности человеку может быть не до умствований. На вопросы о значении Горбачева, эпохи Перестройки и ее участников, о ее долгосрочных последствиях и смысле прогресса – остаются следующим поколениям.


"Историческая экспертиза" издается благодаря помощи наших читателей.



833 просмотра