Стаф В.С. Чукотка как место памяти: от первопроходцев до «Территории»







Стаф В.С. Чукотка как место памяти: от первопроходцев до «Территории»
















«Памятник-маяк землепроходцу и мореплавателю Семёну Ивановичу Дежнёву» 1956 (фото автора, 2022)


Аннотация: В статье рассматривается мемориальная культура в Чукотском Автономном Округе. Автор выделяет три направления исторической памяти, которые наиболее ярко представлены на Чукотке – память о первопроходцах, осваивающих чукотские земли с XVIIвека, память о ГУЛАГе – в сталинское время Чукотка была частью треста «Дальстрой» и хотя лагерей здесь было гораздо меньше, чем на Колыме, говорить о постсоветском ЧАО без памяти о ГУЛАГе едва ли представляется возможным. Наконец, третье направление – память о воздушной трассе Аляска – Сибирь, главный сюжет в контексте памяти о Великой Отечественной Войне в регионе. Конечно, существуют и другие направления чукотской исторической памяти, однако именно эти направления наиболее наглядно показывают, как на Чукотке происходит осмысление прошлого региона.

Ключевые слова: Чукотка, ГУЛАГ, Алсиб, трасса Аляска – Сибирь, первопроходцы, мыс Дежнёва, памятники, историческая память

Сведения об авторе: Стаф Владислав Сергеевич, историк, преподаватель Свободного университета в Москве, приглашенный преподаватель школы исторических наук факультета гуманитарных наук Национального исследовательского университета «Высшая школа экономики» (Москва)

Контактная информация: stafvlad@gmail.com


Annotation: The article deals with the memorial culture in the Chukotka Autonomous Okrug. The author identifies three areas of historical memory that are most clearly represented in Chukotka. The first is about the memory of the pioneers who have explored Chukotka since the 17th century, the second is about the memory of the Gulag - in Stalin's time, Chukotka was part of the Dalstroy trust, and although there were much fewer camps here than in Kolyma , it is hardly possible to talk about the post-Soviet ChAO without the memory of the Gulag. Finally, the third direction is the memory of the Alaska-Siberia air route, the main plot in the context of the memory of the Great Patriotic War in the region. Of course, there are other areas of Chukchi historical memory, but these areas most clearly show how Chukotka is comprehending the region's past.

Keywords: Chukotka, Gulag, AlSib, Alaska-Siberia air road, pioneers, Cape Dezhnev, monuments, historical memory

Staf Vladislav (Sergeevich), historian, lecturer at Free University of Moscow, guest lecturer at National Research University - Higher School of Economics, School of History (Moscow).





Белая тундра, холодное море,

Камни катаясь, стучат у воды.

За горизонтом появятся вскоре

Первые, нового солнца лучи

(с) Олег Сакович


В постсоветской России Чукотский Автономный Округ крайне часто употребляется с прилагательным «самый»: самый удаленный, самый холодный, самый дорогой, самый труднодоступный, самый малонаселённый; даже задержки рейсов здесь самые длинные из-за непогоды – по рассказам местных, рекорд задержки рейса из-за погоды был в сорок пять дней. При этом Чукотка является регионом крайне разнообразным, вопреки частому заблуждению, что это лишь сплошная тундра, горы и снега. В основном её описывали первопроходцы, географы и геологи, а вот места для гуманитарных и социальных исследований здесь пока нашлось не так много. Тяжело пережив падение СССР и 1990-е годы, когда население региона сократилась в три раза (со 150 тысяч до 50 тысяч человек) и закрытия целого ряда поселков, Чукотка оказалась в руках олигарха Романа Абрамовича, а после его ухода с поста губернатора ЧАО в 2008 году снова погрузилась в некоторое информационное безвременье.

Что приходит на ум, когда речь заходит о Чукотке? Советский фильм «Начальник Чукотки» (1966) Виталия Мельникова, «Территория» Олега Куваева (1975), произведения Юрия Рытхэу. Из последних культурных поводов, вновь привлекших внимание к Чукотке, стали, пожалуй, новая экранизация романа «Территория» режиссером Александром Мельковым в 2014 году, а также документальный фильм «Великий Северный путь» (2019) Леонида Круглова по маршруту Семёна Дежнёва, показавшие широкому зрителю труднодоступную природу северного и восточного побережий Чукотки.

При этом, как и любой регион, Чукотка является и пространством памяти, о чем и пойдет речь в данном тексте. Конечно, чтобы описать все мемориальные особенности Чукотки не хватит и нескольких книг, поэтому я остановлюсь на трёх сюжетах, которые мне показались наиболее яркими и важными для чукотской культуры памяти. Часть описанных мест из данных сюжетов автору посчастливилось посетить лично, иначе данный текст никогда бы и не был написан. Первый раздел условно называется «Первопроходцы» и посвящен тому, как в пространстве Чукотки отразились имена путешественников и геологов; второй называется «ГУЛАГ» и описывает наследие на Чукотке треста «Дальстрой» и самых удаленных сталинских лагерей на северо-востоке СССР; наконец, третий называется «Алсиб» и посвящен памяти легендарной авиационной трассе Аляска-Сибирь, по которой происходили поставки в рамках ленд-лиза из Аляски к Красноярску и далее на фронты Великой Отечественной войны. Все эти сюжеты охватывают разные части Чукотки, от границ с Якутией и Магаданской областью до Берингова пролива, однако, хочется надеяться, смогут наглядно показать неоднородность Чукотки как самого северо-восточного места памяти на планете.


ПЕРВОПРОХОДЦЫ


Территория Чукотки всегда была связана с именами первопроходцев и путешественников. Кто-то из них искал через эти края новые торговые пути, кто-то исследовал и наносил на мировую карту территорию Чукотки, кто-то искал золото и другие полезные ископаемые. Пожалуй, самым известным первопроходцем, имя которого увековечено в самых разных местах Чукотки, от названий улиц в большинстве населенных пунктов до мыса – это Семен Иванович Дежнёв. В российской истории Дежнёв известен не только в контексте Чукотки, до этого он первым из русских первопроходцев достиг рек Алазеи и Колымы. В 1648 году три коча Семёна Дежнёва, Федота Попова и Герасима Анкудинова обогнули мыс «Большой Каменный Нос» (сегодня – мыс Дежнёва), доказав, что между Евразией и Америкой есть пролив. Впрочем, корабли Попова и Герасима впоследствии вынесло к побережью Камчатки, где они умерли через несколько лет от цинги, а сам Дежнев лишь после нескольких зимовий в устье реки Анадырь смог вернуться в Якутск. Документы же об открытии Большого Каменного Носа хранились в Якутском остроге, поэтому только через восемьдесят лет, в 1728 году, другой великий первопроходец Витус Беринг открыл пролив вторично, на сей раз – он появился на мировой карте.

При том, что пролив между Евразией и Америкой получил имя Витуса Беринга, его имя стало гораздо популярнее на Камчатке, где даже местный университет назван в его честь. Память о Дежнёве на Чукотке начала культивироваться с конца XIX века, когда шведский географ Адольф Эрик Нордельшельд в 1879 году предложить назвать мыс в честь Семёна Дежнева, а в 1898 году, к двухсотпятидесятилетию экспедиции, Русское Географическое Общество официально переименовало мыс (Шокарев 2016: 100). В 1910 году на мысе Дежнёва близ эскимосского поселения Наукан был установлен пятнадцатиметровый крест в память об экспедиции Семёна Дежнева, который был уничтожен в 1928 году. Тем не менее, в 1943 году крест на мысе восстановил уэленский учитель Николай Иванович Максимов, который активно продвигал идею постановки памятника на мысе (Ibid:103-104). В 1950-е годы памятник скульптора Зинаиды Васильевны Баженовой стал строиться и был закончен в 1956 году[1]. Стоить отменить, что именно баженовский бюст Дежнёва на маяке стал прототипом всех последующих изображений Семёна Дежнёва так как о внешности первопроходца почти ничего не известно.

В советское время территория Чукотки стала покрываться именами других первопроходцев – геологов. Здесь, пожалуй, самой громкой фамилией здесь стоит назвать Юрия Билибина, который в 1928 году открыл золотые месторождения на Колыме и положил начало дальнейшему бурному развитию Колымы и Чукотки в советское время. Фамилию Билибина носит даже один из трех чукотских городов – Билибино, хотя геолог не был (и не мог быть) в этом месте. Само поселение было основано в 1955 году и год называлось Каральваам, но с 1956 года переименовано в честь советского геолога. Скорее всего переименование связано с тем, что сам Юрий Билибин умер в 1952 году и была потребность в мемориализации его имени в регионе, хотя поселение (а потом город) возникло уже после его смерти.


ГУЛАГ


В романе немецкого писателя Йозефа Мартина Бауэра «Побег из ГУЛАГа» (Bauer 1955) главный герой, немец Клеменс Форель, осужденный после Второй мировой войны на двадцать пять лет, сбегает из лагеря ГУЛАГа, находящегося на мысе Дежнёва – самой восточной точки Евразии, после чего через три года странствий попадает в Иран. По роману в 2001 году вышел и одноименный фильм режиссера Харди Мартинса. Тем не менее, вопреки частым заблуждениям из-за данного романа и фильма, на мысе Дежнёва никогда не было лагерей ГУЛАГа, однако через Берингов пролив заключенных и правда возили на кораблях во времена «Дальстроя» в удаленные северные порты – прежде всего в Певек в Чаунской губе и Амбарчик, ныне заброшенный[2] порт рядом с впадением реки Колымы в Северный Ледовитый океан на границе Чукотки и Якутии.

В современной Чукотке можно выделить два места памяти, связанных с ГУЛАГом – это уже упомянутый город Певек, а также поселок Эгвекинот и его морской порт в заливе Креста, от которых к северу через всю Чукотку тянется Иультинская трасса до ныне заброшенного посёлка Иультин, где раньше находился крупнейший в СССР олово-вольфрамный Иультинский горно-обогатительный комбинат (ГОК).

Первые заключенные появились на Чукотке в 1938 году, когда западная её часть была передана разрастающемуся на Колыме тресту «Дальстрой» НКВД. В Певек первых заключенных в количестве 1350 человек завезли в 1941 году (Романенко 2010: 391), однако основная лагерная деятельность развернулась на Чукотке уже после окончания Второй мировой войны. Так, в сентябре 1949 года был организован Чаун-Чукотский исправительно-трудовой лагерь, численность заключенных которого доходила к 1953 году до 12 тыс. человек (Ibid). Подробнее о лагпунктах и лаготделениях УСВИТЛА (Севвостлага), Чаун-Чукотского ИТЛ и Чаунского ИТЛ, лагерях Шелагского хребта и побережья до порта Амбарчик написано в главе сборника «Враги народа за полярным кругом» Ф.Романенко «Острова уранового ГУЛАГа в Восточной Арктике» (Романенко 2010: 389-421). В 1990 году в восьмидесяти километрах от Певека между зонами Восточной и Северной был установлен памятный знак пермского скульптора Рудольфа Веденеева жертвам урановых зон, надпись на котором гласит: «Здесь будет воздвигнут памятник узникам, погибшим в урановых рудниках ГУЛАГа в 40-50-е годы. Июль 1990 г.». Данный мемориал был установлен по инициативе членом Московского клуба «Компьютер», а экспедиция по установке финансировалась московской фирмой «Спутник» (Сахаровский центр). Новый памятник так и не появился.

В самом Певеке ещё в 1980-е годы был установлен памятник Науму Пугачеву, секретарю Чаунского райкома ВКП(б), основателю Чаунского района, при котором началось развитие района, в том числе и руками заключенных. Несмотря на лагерную историю возникновения города, памятник жертвам политических репрессий появился в Певеке лишь в 2015 году. В Чаунском краеведческом музее (ул. Обручева, 17/1) также имеется экспозиция об истории ГУЛАГа, формирование которой началось ещё в 1991 году. Документов и материалов по этой теме оказалось не так много, поэтому «малое количество информации компенсируется построением условной реконструкции лагерного барака, включающей подлинные предметы, и «кабинета следователя», где экспонируются документы и фотографии» (Ассоциация музеев памяти).

История и память в Певеке невозможны и без упоминания романа «Территория» Олега Куваева, в котором существует много отсылок к этим местам. Так, под куваевским «Северстроем» подразумевается «Дальстрой», под «городом» - Магадан, а под «посёлком» - Певек. В июне 1987 года в городе появился памятник и самому Куваеву, прожившему в Певеке всего три года, но навсегда увековечившему этот самый северный город России в своем романе. В документальном фильме Светланы Быченко «Территория Куваева» (2016) неоднократно звучит мнение респондентов, что в Певеке до сих пор чувствуется именно дальстроевская атмосфера. Не все местные разделяют это наблюдение, однако память об освоении Чаунской губы невозможна без упоминания ГУЛАГа, на что в «Территории» Куваев так и не обращает внимания.

Другое важное место памяти о ГУЛАГе на Чукотке – посёлок городского типа Эгвекинот. 1 марта 1946 года для строительства Иультинского горнорудного комбината на оловянно-вольфрамовом месторождении было создано управление «Чукотстрой». Также в его задачи входило строительства посёлка в Заливе Креста (ныне – Эгвекинота), Иультинской трассы, морского порта и аэропорта (Хроника горнодобывающей промышленности Магаданской области. Часть 1 2010: 67). Несмотря на сложности из-за срыва поставок материалов и оборудования по вине Минморфлота, о чем писал начальник Чукотстроя Б.Ленков (Широков 2014: 439), с 1946 по 1951 год силами заключенных была построена Иультинская трасса, которая соединяла Иультин с Эгвекинотом и являлась самой восточной круглогодичной трассой в СССР. В 1990-е годы поселки на трассе, как и сам Иультин, были заброшены, а в 1995 году половодьем снесло мост через Амгуэму (Давыдов, Давыдова 2020: 98), окончательно остановив использование трассы – сегодня по заброшенной Иультинской трассе ездят лишь редкие краеведческие и туристические экспедиции. Главным местом притяжения туристов на Иультинской трассе последние десятилетия стала позднесоветская арка «Полярный круг», которая возвышается над трассой на двадцать четвертом километре. Сразу за аркой видны заброшенные домики вооруженной охраны (ВОХРа) времён Чукотстройлага. Однако в 2014 году на нулевом километре трассы, недалеко от аэропорта «Залив Креста» открыли памятник, где на постаменте изображены двое заключенных в ватниках с кайлом и тачкой, пописанный «Строителям автомобильной дороги Эгвекинот-Иультин. 1946-1950». (Пустовой 2019). Как и в Певеке, тема Чукостройлага представлена в одном из залов местного Краеведческого музея городского округа Эгвекинот, а сам музей последние годы также входит в Ассоциацию музеев памяти (Ассоциация музеев памяти).




Памятник строителям Иульитинской трассы (Wikimapia.org)











Завершая раздел о чукотской памяти о ГУЛАГе, стоит снова вернуться к мысу Дежнёва, где в апреле 2017 года нижегородский православный путешественник Валентин Ефремов установил православный крест, колокол и якорь, которые он специально привез туда из Нижнего Новгорода. Хотя, как уже было сказано выше, лагерей на мысе Дежнёва никогда не было, названа эта композиция была «Мемориал в честь русских покорителей Чукотки и жертв политических и религиозных репрессий», а сама экспедиция Ефремова проходила под флагом «Союза казачьих войск России» и при информационной поддержке «Ассоциации жертв политических репрессий» (Малюгин 2018). Тем не менее, руководство национального парка «Берингия», к которому относится территория мыса Дежнёва, выступило резко против установки данного мемориала и предписало демонтировать его до 10 июля 2018 года, руководствуясь тем, что «действия православного путешественника незаконны, т.к. «крест был установлен в границе объекта культурного наследия “Многослойное поселение Наукан”», и это действие «может нанести вред памятникам археологии», причём как известным, так и «пока ещё не выявленным»» (Ibid). В июле 2022 года мемориал из креста, якоря и колокола по-прежнему находится в нескольких десятках метрах от маяка на мысе Дежнёва.







Якорь Валентина Ефремова на мысе Дежнёва (фото автора, 2022)




















АЛСИБ


В 1942 году, когда был утвержден новый воздушный мост через Аляску в Сибирь для ленд-лиза, в кратчайшие сроки было построено несколько новых аэропортов на северо-востоке СССР: Уэлькаль, Марково, Сеймчан, Берелёх, Оймякон, Олёкминск и Керенск, а кроме этого готовились запасные аэродромы в Нижнеилимске, Бодайбо, Витиме, Усть-Мая, Хандыге, Оломоне, Зырянке и Анадыре (Горка, не в поселке Угольные Копи) (Слепцов 2019: 8). На территории современной Чукотки[3] находится шесть аэропортов времен Алсиба – два основных: Уэлькаль и Марково, а также четыре запасных: Анадырь, Чаплино, Танюрер и Омолон. Алсиб называли и «Красноярской воздушной трассой», и «Сталинской трассой», однако знали о ней немногие, во время Холодной войны о ней старались не вспоминать, а окончательный гриф секретности сняли лишь в 1992 году. Конечно, местные жители знали о трассе, однако из-за удаленности всех населенных пунктов трассы, не только чукотской её части, информация о ней мало выходила на «материк».

Сегодня чукотские аэропорты времен Алсиба практически не используются. Аэропорт Уэлькаля был первым аэропортом СССР, построенным для трассы, но на данный момент аэродром не действует, «он перестал эксплуатироваться ещё в 1980-х гг. Сейчас снабжение посёлка Уэлькаль ведётся вертолётом. Была попытка построить ВПП в середине 2010-х гг., но работы были остановлены» (Филин 2021). Аэропорт Марково использовался военными до 1953 года, после чего он стал перевозить только гражданских; сегодня аэропорт используется, но крайне мало, а самолеты летают лишь в Анадырь и несколько других сёл. Русское Географическое Общество не раз проводило экспедиции по местам Алсиба, последняя началась к восьмидесятилетию трассы и стартовала 28 июня 2022 года, в задачи которой входит «найти места падений самолётов по маршруту воздушной трассы Аляска — Сибирь и установить памятные знаки на местах гибели разбившихся лётчиков» (Гопиус 2022).











«Алсиб – трасса мужества» в анадырском Свято-Троицком соборе (фото автора, 2022)















Несмотря на то, что Алсиб стал главной темой памяти на Чукотке о Великой Отечественной войне, полноценный памятник Алсибу в Автономном округе почти нет, хотя они есть даже на соседней Аляске, самый известный из которых находится в городе Фэрбанкс – города, откуда и начинался долгий пусть советских летчиков в сторону Красноярска. На Чукотке по сути памятник существует лишь один – в уже упомянутом выше поселке Эгвекинот. Он возник через сорок лет после окончания Второй мировой войны, а сам памятник был утвержден «по проекту художника Константина Добриева: два крыла рухнувшего самолета с пробоиной в виде звезды. В финансировании и строительстве памятника принимали участие все организации и предприятия Эгвекинота» (Russiatravel). Место легко объяснимо – первый аэропорт Уэлькаля находился недалеко от Эгвекинота, а современный Уэлькаль получает оттуда продукты. Однако интересно, что несмотря на столь важное значение памяти об Алсибе, даже в столичном городе Анадыре подобного памятника нет – все мемориальные возложения цветов происходят около памятника Великой Отечественной войне в центре города, где нет никакой информации об Алсибе. Несмотря на это, в двух местах Анадыря сегодня можно найти информацию о данной воздушной трассе – в Музейном Центре «Наследие Чукотки» 17 июля 2022 году, к восьмидесятилетию трассы, в экспозиции был открыт макет интерактивной карты всей трассы (Чукотка.рф). Второе место более неожиданно – стенд «Алсиб – трасса мужества» находится в анадырском Свято-Троицком соборе.






Обелиск лётчикам трассы Аляска-Сибирь - Эгвекинот (Russiatravel)









Наконец, на Чукотке есть ещё один маленький и труднодоступный памятник летчикам Алсиба. Находится он недалеко от метеостанции Танюрер, на почти полностью заросшем военном кладбище, где похоронены летчики, погибшие во время перелетов 1942-1945 годов. На небольшом обелиске с красной звездой наверху написано «При исполнении служебных обязанностей в суровых климатических условиях Чукотки погибли и похоронены здесь» (дальше список из пятнадцати фамилий) (Басов 2019). Как определила экспедиция РГО, «судя по шильде, установлена «силами 314 ПАРМ-1В/Ч 15424 25 июля 1953 г.»» (Филин 2021). За кладбищем практически не ухаживают, хотя оно является оригинальным местом памяти Алсиба на Чукотке, не менее знаковым, чем сами аэродромы.

















Обелиск недалеко от метеостанции Танюрер (GoArctic.ru)















В 2019 году сорока четырем аэропортам России были присвоены имена выдающихся людей, от правителей и ученых до писателей и музыкантов. Несмотря на спорность и неоднозначность многих наименований, на Чукотке это получилось достаточно органично: аэропорт Анадыря в посёлке Угольные Копи получил имя чукотского писателя Юрия Рытхэу. Данное событие важно тем, что это чуть ли первый случай, когда в мемориальной культуре Чукотки увековечили память не российских/советских путешественников, геологов, летчиков и т.д., а представителя коренного чукотского населения, пусть и уехавшего «на материк». Пожалуй, это самое неоднозначное наблюдение всей местной мемориальной культуры: являясь регионом с большим процентом коренного населения – чукчей, чуванцев, эскимосов, эвенов – память о коренных народах на Чукотке представлена крайне, крайне мало. Чукотское пространство, как и другие территории северо-востока страны, остаются крайне ориенталистскими и колониальными. Одним из ярких символов такого вытеснения памяти о местном населении может служить то, что сегодня представляет упоминавшийся ранее мыс Дежнёва.

На мысе Дежнёва, задолго до появления в тех краях русских первопроходцев и появления у него данного названия, ещё в XIV веке появился эскимосский посёлок Наукан, долгое время являвшийся самым восточным населенным пунктом России/СССР и всей Евразии. Он был одним из крупнейших поселков в регионе, население доходило до четырехсот человек – по чукотским меркам почти мегаполис. Само слово Наукан, по-эскимосски «Нувук’а’к» означает «дернистый» (Днепровский, Шокарев 2019: 2). Проживавшие в нём эскимосы часто плавали и на Аляску, где также находились эскимосские поселения. Однако в 1948 году, с началом Холодной войны, им было запрещено плавать через Берингов пролив, а через десять лет, в 1958, посёлок расселили. Формально это было связано с укрупнением поселков и трудностью снабжения Наукана (см. подробнее Ibid: 7), однако связи науканских эскимосов с эскимосами Аляски представлялись угрозой для советских военных – так столетние контакты коренного населения двух сторон Берингова пролива прекратились. При этом параллельно с расселением Наукана на горе Ингегрук на окраине посёлка в 1956 году[4] был открыт упомянутый ранее «Памятник-маяк землепроходцу и мореплавателю Семёну Ивановичу Дежнёву», ставший главным символом крайней точки России и Евразии в этом месте. Так и стоят они рядом, фундаменты заброшенных эскимосских яранг и советский маяк, у слияния двух океанов на берегу холодного Берингова пролива.



"Историческая экспертиза" издается благодаря помощи наших читателей.



Список литературы:

1) Ассоциация музеев памяти. URL: http://memorymuseums.ru/museum/chaunskij-kraevedcheskij-muzej

2) Басов Е. 2019 Басов Е. Танюрер. Рожденный ленд-лизом // Lifejournal.com. 3.10.2019 URL: https://basov-chukotka.livejournal.com/455100.html

3) В Музейном Центре «Наследие Чукотки» обновлена выставка «АЛСИБ» // Чукотка.рф 16.06.2022 URL: https://xn--80atapud1a.xn--p1ai/press-tsentr/anonsy/11948/

4) Гопиус Ю. 2022 – Гопиус Ю. В объятиях вечной мерзлоты: стартовал чукотский этап экспедиции «Алсиб» // Русское Географическое общество, 30.06.2022. URL: https://www.rgo.ru/ru/article/v-obyatiyah-vechnoy-merzloty-startoval-chukotskiy-etap-ekspedicii-alsib

5) Давыдов В., Давыдова Е. 2020 Давыдов В., Давыдова Е. Иультинская трасса: проект развития инфраструктуры в жизни чукотских национальных сел // Сибирские исторические исследования. 2020. № 3. C. 89–102

6) Днепровский К., Шокарев С. 2019 Днепровский К., Шокарев С Легендарный эскимосский поселок Наукан в составе номинации в Список всемирного наследия ЮНЕСКО // Журнал Института наследия. Сетевое научное рецензируемое издание. 2019 No.2 (17)

7) Куваев О. 1975 Куваев О. Территория. М.: Современник, 1975, 384 с.

8) Ларьков С., Романенко Ф. 2010 Ларьков С., Романенко Ф. Враги народа за полярным кругом. Paulsen, 2010, 423 с.

9) Матюгин М. 2018 – Матюгин М. Власти Чукотки требуют снести поклонный крест на мысе Дежнёва // Православие.ру 5.07.2018 (дата обращения 20.07.2022)

10) Обелиск летчикам Аляска-Сибирь – Эгквекинот // Russia travel. URL: https://russia.travel/objects/333538/

11) Пустовой М. 2019 – Пустовой М. Эгвекинот – как живет чукотская идиллия? // Regnum, 2019. URL: https://regnum.ru/news/cultura/2622353.html

12) Сахаровский центр. Памятники жертвам политических репрессий на территории бывшего СССР. URL: https://www.sakharov-center.ru/asfcd/pam/?t=pam&id=389

13) Слепцов С. 2019 Слепцов С. Аэропорт Оймякон – история и судьбы. Якутск: Медиа-холдинг Якутия, 2019, 408 с.

14) Филин П. 2021 Филин П. Экспедиция РГО и Минобороны по аэродромам трассы "Аляска - Сибирь" // GoArctic.ru. 28.12.2021 URL: https://goarctic.ru/nauka-i-kultura/ekspeditsiya-rgo-i-minoborony-po-aerodromam-alsib/

15) Хроника горнодобывающей промышленности Магаданской области. Часть 1. Горнодобывающая промышленность Дальстроя (1931-1957). Магадан: Kordis. 2002, 183 с.

16) Широков А. 2014 – Широков А. Дальстрой в социально-экономическом развитии Северо-Востока СССР (1930-1950-е гг.). М.: РОССПЭН, 2014, 654 с.

17) Шокарев С. 2016 – Шокарев С. История мемориала Семёну Дежнёву на мысе Дежнёва / Спасти и сохранить. Культурное наследие Чукотки: проблемы и перспективы сохранения. Москва-Анадырь: Государственный музей Востока, 2016, с. 96-115

18) Bauer 1955 – Bauer J. So weit die Füße tragen. München: Ehrenwirth, 1955, 263 p.



List of references:

1) Assotsiatsiya muzeev pamyati. URL: http://memorymuseums.ru/museum/chaunskij-kraevedcheskij-muzej 2) Basov E. 2019 – Basov E. Tanyurer. Rozhdennyi lend-lizom // Lifejournal.com. 3.10.2019 URL: https://basov-chukotka.livejournal.com/455100.html 3) V Muzeinom Tsentre «Nasledie Chukotki» obnovlena vystavka «ALSIB» // Chukotka.rf 16.06.2022 URL: https://xn--80atapud1a.xn--p1ai/press-tsentr/anonsy/11948/ 4) Gopius Yu. 2022 – Gopius Yu. V ob"yatiyakh vechnoi merzloty: startoval chukotskii etap ekspeditsii «Alsib» // Russkoe Geograficheskoe obshchestvo, 30.06.2022. URL: https://www.rgo.ru/ru/article/v-obyatiyah-vechnoy-merzloty-startoval-chukotskiy-etap-ekspedicii-alsib 5) Davydov V., Davydova E. 2020 – Davydov V., Davydova E. Iul'tinskaya trassa: proekt razvitiya infrastruktury v zhizni chukotskikh natsional'nykh sel // Sibirskie istoricheskie issledovaniya. 2020. № 3. C. 89–102 6) Dneprovskii K., Shokarev S. 2019 – Dneprovskii K., Shokarev S Legendarnyi eskimosskii poselok Naukan v sostave nominatsii v Spisok vsemirnogo naslediya YuNESKO // Zhurnal Instituta naslediya. Setevoe nauchnoe retsenziruemoe izdanie. 2019 No.2 (17) 7) Kuvaev O. 1975 – Kuvaev O. Territoriya. M.: Sovremennik, 1975, 384 s. 8) Lar'kov S., Romanenko F. 2010 – Lar'kov S., Romanenko F. Vragi naroda za polyarnym krugom. Paulsen, 2010, 423 s. 9) Matyugin M. 2018 – Matyugin M. Vlasti Chukotki trebuyut snesti poklonnyi krest na myse Dezhneva // Pravoslavie.ru 5.07.2018 (data obrashcheniya 20.07.2022) 10) Obelisk letchikam Alyaska-Sibir' – Egkvekinot // Russia travel. URL: https://russia.travel/objects/333538/ 11) Pustovoi M. 2019 – Pustovoi M. Egvekinot – kak zhivet chukotskaya idilliya? // Regnum, 2019. URL: https://regnum.ru/news/cultura/2622353.html 12) Sakharovskii tsentr. Pamyatniki zhertvam politicheskikh repressii na territorii byvshego SSSR. URL: https://www.sakharov-center.ru/asfcd/pam/?t=pam&id=389 13) Sleptsov S. 2019 – Sleptsov S. Aeroport Oimyakon – istoriya i sud'by. Yakutsk: Media-kholding Yakutiya, 2019, 408 s. 14) Filin P. 2021 – Filin P. Ekspeditsiya RGO i Minoborony po aerodromam trassy "Alyaska - Sibir'" // GoArctic.ru. 28.12.2021 URL: https://goarctic.ru/nauka-i-kultura/ekspeditsiya-rgo-i-minoborony-po-aerodromam-alsib/ 15) Khronika gornodobyvayushchei promyshlennosti Magadanskoi oblasti. Chast' 1. Gornodobyvayushchaya promyshlennost' Dal'stroya (1931-1957). Magadan: Kordis. 2002, 183 s. 16) Shirokov A. 2014 – Shirokov A. Dal'stroi v sotsial'no-ekonomicheskom razvitii Severo-Vostoka SSSR (1930-1950-e gg.). M.: ROSSPEN, 2014, 654 s. 17) Shokarev S. 2016 – Shokarev S. Istoriya memoriala Semenu Dezhnevu na myse Dezhneva / Spasti i sokhranit'. Kul'turnoe nasledie Chukotki: problemy i perspektivy sokhraneniya. Moskva-Anadyr': Gosudarstvennyi muzei Vostoka, 2016, s. 96-115 18) Bauer 1955 – Bauer J. So weit die Füße tragen. München: Ehrenwirth, 1955, 263 p.


[1] Более подробно о появлении крестов и памятников на мысе Дежнева см. Шокарев С. История мемориала Семёну Дежнёву на мысе Дежнёва / Спасти и сохранить. Культурное наследие Чукотки: проблемы и перспективы сохранения. Москва-Анадырь: Государственный музей Востока, 2016, с. 96-115 [2] Постоянного населения в Амбарчике нет, однако на метеостанции постоянно несут вахту несколько полярников. [3] С 1934 году Чукотка находилась в составе Камчатской области, в 1951-1953 – в составе Хабаровского края, с 1953 по 1992 год – в составе Магаданской области. [4] На заднем фасаде памятнике-маяке указана дата 1955 год, однако, как следует из документов, годы его изготовления 1954-1956 гг., поэтому 1955 не может быть принят для датировки, а в тексте статьи указан 1956 год (см. подробнее Шокарев С. История мемориала Семёну Дежнёву на мысе Дежнёва / Спасти и сохранить. Культурное наследие Чукотки: проблемы и перспективы сохранения. Москва-Анадырь: Государственный музей Востока, 2016, с. 106-107)

191 просмотр