top of page

Николай Кульбака «Уехать нельзя остаться», где поставить запятую




Николай Кульбака «Уехать нельзя остаться», где поставить запятую







Статья[1] посвящена проблеме отъезда из России и тем причинам, по которым этот отъезд невозможен. Делается вывод, что в любом случае большинство людей остается жить там, где они родились и выросли. И не всегда это решение зависит от самого человека.


Ключевые слова: Миграция, Россия, релокация

Сведения об авторе: Николай Кульбака - кандидат экономических наук. Автор книг и статей по региональной экономике, экономической истории, транспортной логистике и истории транспорта.

Контактная информация: nkulbaka@yandex.ru


Nikolay Kulbaka "You can't stay away", where to put a comma


The article is devoted to the problem of leaving Russia and the reasons why this departure is impossible. It is concluded that in any case, most people remain to live where they were born and raised. And this decision does not always depend on the person himself.

Keywords: Migration, Russia, relocation

About the author: Nikolay Kulbaka - Candidate of Economic Sciences. Author of books and articles on regional economics, economic history, transport logistics and transport history.

Contact information: nkulbaka@yandex.ru


Вопрос о том, уезжать или нет, к сожалению, не так прост. Ответ на него зависит от огромного количества обстоятельств, которые складываются вокруг человека. Как экономист могу сказать, что это сочетание огромного числа выгод и издержек, которые причудливо тасуются реальными обстоятельствами жизни человека и его возможностями. Многие из нас переезжали за свою жизнь не один раз. Кто-то переезжает из периферии в Москву, кто-то наоборот. Я же за свою жизнь совершил сначала центробежное движение из средней полосы к северным окраинам страны, а затем – центростремительное, которое постепенно привело меня в Москву. Каждый раз фактически мне приходилось начинать жизнь заново. Конечно, в родной стране, с родным языком адаптация проходит намного легче, но тебе всегда приходится менять круг общения, дом, а нередко и профессию. Естественно, что переезд в другую страну и другую культуру намного сложнее в силу большей разницы в образе жизни и неизбежного языкового барьера. Поэтому каждый раз необходимо оценивать, стоит ли идти на такие издержки и какие выгоды смена страны может дать. Легче всего переезд получится у того, кому нечего терять. Люди рабочих профессий нужны в любой стране. Парикмахеры и плотники, механики и сантехники скорее всего найдут себе работу. Мало того, зачастую они даже выиграют от такого переезда, попав в страну с высокими социальными гарантиями и уровнем жизни. Сравнительно быстро смогут адаптироваться программисты и те, кто связан с computer science. Как много лет назад сказал мне один российский программист: «а какая разница, где в экран монитора пялиться, у нас или в Америке». Более или менее спокойно могут найти себе работу ученые высокого уровня, особенно те из них, кто стажировался на Западе и имеет там контакты, знание среды и статус. Именно последние две категории (программисты и серьезные ученые) наиболее часто упоминаются, когда речь идет об уехавших. Правда, обе эти категории не слишком многочисленны. В принципе, если посмотреть на специалистов рабочих профессий, то получится, что огромное число наших граждан может уехать за границу. В конце концов, какая разница, уехал муж на заработки в Москву или в Дюссельдорф. Если семья живет за Уралом, то большой разницы, пожалуй, нет. Другое дело, что подавляющее число рабочих не готово рисковать той «синицей», которую они получают, ремонтируя, например, квартиры москвичей, чтобы надеяться на немецкого «журавля». Страшно, непонятно, неизвестно. Впрочем, уезжают и рабочие. Кто на год, кто на несколько лет, а кто-то и навсегда. Но я хочу поговорить о тех, кто не уехал и, скорее всего, не уедет. Причины такого решения вполне понятны. Это якоря. Такими якорями выступают больные родственники, преклонный возраст, риск потерять профессию, которая худо-бедно кормит, невозможность перенести свой опыт и знание на другую территорию, да и плохое знание языков я бы тоже не сбрасывал со счета. И эти причины стоят того, чтобы их обсудить. Если у вас есть родственники преклонного возраста, то весьма велика вероятность, что они либо нетранспортабельны, либо категорически отказываются куда-то переезжать. А оставить их вы тоже не можете, поскольку помогать из-за границы сейчас становится практически невозможно. Кроме того, без постоянного личного ухода многие из пожилых людей просто не справятся. Конечно, эта причина будет якорем не для всех, но чем старше мы становимся, тем более вероятно, что мы с этим столкнемся. Мало того, существует растущий риск внезапного ухудшения ситуации, когда вполне себе ходящий и обслуживающий себя пожилой родственник может в один момент стать человеком, нуждающимся в круглосуточном уходе. Риск потери профессии тоже зачастую связан с возрастом, когда смена рода деятельности является серьезной проблемой. Конечно, есть множество примеров успешного карьерного развития за пределами своей профессии, но это исключения, подтверждающие правило. Конечно, можно и в 50 лет пойти в водители или землекопы, причем, в Европе еще и сравнительно терпимо зарабатывать, но сам факт перехода из белых воротничков в синие для многих людей является неприемлемым. Другая часть этого якоря состоит в том, что у многих людей профессия, так или иначе, связана с Россией. Это филологи и лингвисты, журналисты и историки. Часть из них имеет профессию, завязанную на русскоязычной среде, часть – привязана к территории России, ее архивам, полевым исследованиям, культуре и населению. Большинство из них, будучи оторванными от своей исследовательской среды, немедленно потеряют свой экспертный статус. И снова необходимо подчеркнуть, что это болезненнее всего для исследователей в возрасте, с большими наработками и незавершенными проектами. Времени на которые остается все меньше. К этому примыкает еще один якорь – плохое знание языков. Можно писать статьи для иностранных журналов и даже периодически общаться с иностранными коллегами, но для полноценной жизни в чужой стране этого недостаточно. По данным 2021 года, в России английский язык знают хуже, чем в Индии и Китае. И это самый распространенный в нашей стране иностранный язык. Но англоязычных стран всего две. Еще в нескольких можно сравнительно легко найти англоговорящих, но дальше придется учить родной язык новой страны. И это далеко не такая простая задача, которая усложняется с возрастом. Россия вообще страна с крайне низкой мобильностью. Даже российская научная система выстроена таким образом, что ученый может всю жизнь после университета проработать в одном и том же институте. Это только кажется, что все мы откуда-то и куда-то переехали, но на самом деле, это, скорее всего, были наши дедушки-бабушки, а многие из нас продолжают жить в тех квартирах, где выросли их родители, и не представляют себе иного образа жизни. Это ведь тоже якорь. И очень сильный. Так что переезжает сравнительно небольшая часть людей. Остальные, кто вынужденно, кто осознанно, будут продолжать жить на территории России, как это было всегда. Генетические исследования подтверждают, что подавляющее число людей на любой территории продолжают жить там, где жили их предки много столетий назад. И никакие катаклизмы это не изменят. По образному выражению генетиков, гены пришлых людей в большинстве регионов выглядят как глазурь на пироге. И этот наш российский пирог будет находиться на этом месте и сейчас, и через сто лет. И никакие миграции изменить это не смогут.

[1] «Историческая Экспертиза» продолжает дискуссию о выборе российского гуманитария после путинского вторжения в Украину, начатую Дмитрием Травиным («Почему мне важна Россия» - https://www.istorex.org/post/д-я-травин-почему-мне-важна-россия) и Дмитрием Дубровским («Почему я уехал, или «заметки постороннего» - https://www.istorex.org/post/дмитрий-дубровский-почему-я-уехал-или-заметки-постороннего) – прим. редакции ИЭ.


"Историческая экспертиза" издается благодаря помощи наших читателей.


116 просмотров
bottom of page