Кирчанов М.В. Македония в болгарской и греческой исторической политике: «война памятей» и...





Кирчанов М.В. Македония в болгарской и греческой исторической политике: «война памятей» и «мемориальный компромисс»





Целью данного исследования является сравнительный анализ македонских нарративов в контекстах болгарской и греческой политики памяти. Автор анализирует тактики и стратегии либеральных болгарских и греческих интеллектуалов в изобретении образов Македонии. Новизна исследования заключается в сравнительном анализе болгарской и греческой стратегий интеграции македонских нарративов в мемориальный канон. В статье анализируются этноцентричные и гражданские интерпретации македонских образов, факторы болгарского и греческого национализмов, узость этнических версий исторической памяти. В статье также проанализирован македоно-греческий мемориальный компромисс, основанный на разделении прошлого и попытках достигнуть национальное примирение. Предполагается, что болгарский мемориальный канон, основанный на этническом национализме, является стабильным, а тенденции его ревизии крайне слабы в современном обществе.

Ключевые слова: Македония, Болгария, Греция, македонские нарративы, войны памяти, мемориальный компромисс

Сведения об авторе: Кирчанов Максим Валерьевич, доктор исторических наук, доцент кафедры регионоведения и экономики зарубежных стран факультета международных отношений, доцент кафедры истории зарубежных стран и востоковедения Исторического факультета Воронежского государственного университета (Воронеж).

Контактная информация: maksymkyrchanoff@gmail.com


MaksymV. Kyrchanoff MACEDONIA IN BULGARIAN AND GREEK HISTORICAL POLITICS: "WAR OF MEMORIES" AND "MEMORIAL COMPROMISE"


The purpose of this study is a comparative analysis of Macedonian narratives in contexts of the Bulgarian and Greek politics of memory. The author analyzes the tactics and strategies of liberal Bulgarian and Greek intellectuals in the invention of images in Macedonia. The novelty of the study lies in the comparative analysis of the Bulgarian and Greek strategies for integrating Macedonian narratives intothe memorial canons. The article analyzes ethnocentric and civil interpretations of Macedonian images, the factors of Bulgarian and Greek nationalisms, the narrowness of ethnic versions of historical memory. The article also analyzes the Macedonian-Greek memorial compromise based on the mutual separation of the past and attempts to achieve national reconciliation. It is assumed that the Bulgarian memorial canon, based on ethnic nationalism, is stable, and the tendencies of its revision are extremely weak in modern society.

Keywords: Macedonia, Bulgaria, Greece, Macedonian narratives, wars of memories, liberalism, memorial compromise

About the author: Kyrchanoff Maksym V., doctor of historical sciences, associate professor, Department of the regional studies and economics of foreign countries, Faculty of international relations, Department of foreingn countries history amd Oriental studies, Historical faculty, Voronezh State University (Voronezh).

Contact information: maksymkyrchanoff@gmail.com


Современная историческая наука постепенно утрачивает монополию на производство и воспроизводство знания о прошлом, уступая ее политически ангажированным интерпретаторам. Подобные манипуляции с историей в академической историографии известны как «историческая политика» или «политика памяти». Поэтому в центре авторского внимания в представленной статье будут проблемы исторической политики в отношении образов Македонии в современной Болгарии и Греции.

Целью статьи является анализ основных особенностей политики памяти в рамках конструирования македонских нарративов в болгарском и греческом варианте. Задачи статьи ограничены изучением восприятия македонских нарративов в актуальных практиках и стратегиях, используемых болгарскими и греческими интеллектуалами, для формирования компромиссных версий прошлого, формирующих мемориальный канон, основанный одновременно как на ценностях болгарского и греческогонационализмов, так и на принципах антикоммунистического воображения.















Проблемы развития и актуального состояния исторической политики как политики памяти в Болгарии и Греции в современной российской историографии изучены в меньшей степени чем аналогичные проблемы, связанные практиками и стратегиями «проработки прошлого» в некоторых других обществах. Часть работ по данной проблематике написана в рамках ее редукции до национальных форм, что, например, характерно для предшествующих работ автора (Кирчанов 2019). Поэтому в центре внимания историков, которые занимаются «политикой памяти», как правило, оказываются проблемы ревизии и реинтерпретации истории коммунизма как формы авторитаризма, перспективы его вытеснения и деконструкции из национальной памяти, в то время как другие аспекты, не менее важные для осознания процессов развития идентичности болгарского и греческого общества, имеющего свой уникальный опыт «войн памяти», остаются изученными в гораздо меньшей степени.


«Македонская» политика памяти в Болгарии и Греции: общие особенности. Особое место в современной политике памяти среди балканских государств занимают Болгария и Греция. Специфика болгарской и греческой исторической политики состоит в следующем: в тематическом плане историческая политика развивается как попытки ревизии и пересмотра наследия; важным фактором политики «проработки прошлого» в Болгарии и Греции является национализм; в отличие от других стран Центральной и Восточной Европы, где сфера исторической политики ограничивается ревизией истории левого (и частично правого) авторитаризма – в Болгарии и Греции идеологически мотивированным манипуляциям подвергается вся концепция национальной истории в целом. Основными участниками политика памяти являются средства массовой информации, хотя актуальный болгарский и греческий опыт демонстрирует вовлеченность интеллектуалов в проработку прошлого. Важной особенностью исторической политики в Болгарии и Греции является ее конфронтационный характер. Основным внешним оппонентом болгарской и греческой «проработки прошлого» является политика памяти, проводимая в Северной Македонии. В болгарской и греческой интеллектуальной истории сложились свои традиции изобретения Македонии как части собственной истории. Современная греческая и болгарская историческая политика формируется общественными и культурными дискуссиями как относительно коммунистического прошлого, так и истории Македонии, что автоматически превращает антикоммунизм и национализм в определяющие факторы «политики памяти» в Болгарии и Греции в рамках формирования македонского пласта в современных идеологически мотивированных манипуляциях с историей.


Македонские нарративы в болгарской и греческой политиках памяти. Македония занимает особое место в интеллектуальной истории Греции и Болгарии. Несколько поколений интеллектуалов сформировали уникальный комплекс нарративов, изученных в историографии (Кирчанов 2021) и позволивших интегрировать «македонское» не только в национальную идентичность, но и в историческую память.

Суммируя «македонские» нарративы в болгарской и греческой национальной памяти и исторической политике, следует выделить их основные характеристики, а именно: 1) исторически независимой и самостоятельной Македонии с отдельной македонской славянской нацией никогда не существовало; 2) Македония исторически не была славянской страной и современные македонцы не имеют никакого отношения к античным македонцам; 3) Македония и македонцы – это историческая болгарская территория и этническая группа в рамках большой болгарской нации, а македонский язык – диалект болгарского языка; 4) македонцы как нация и Македония как государство представляют собой искусственно созданные конструкты, создание которых было инициировано югославскими коммунистами; 5) Македония и македонцы, поэтому, представляют собой элементы политики соседних государств, направленные на ослабление Болгарии и Греции с целью отторжения территорий, которые могут восприниматься как исконно греческие или болгарские. Все эти нарративы стали «общими местами» или гранд-нарративами греческого и болгарского исторического воображения.

В целом, современный канон восприятия Македонии в современном греческом и болгарском мемориальном каноне основан фактически на двух формально взаимоисключающих принципах. С одной стороны, восприятие Македонии в актуальной политике памяти Болгарии и Греции основано на примордиализме, что позволяет интеллектуалам приписывать Македонии изначально греческие или болгарские этнические характеристики. С другой стороны, понимание Македонии как конструкта сближает современное восприятие «македонского» в болгарской и греческой политике памяти с социально-конструктивистскими интерпретациями нации и идентичности. Анализируя македонские нарративы в современной коммеморативной культуре Греции и Болгарии, во внимание следует принимать и то, что болгарское и греческое общества едины в своем отрицании существования македонской идентичности и, как результат, отдельной истории, нации и культуры, так как таковая редуцируется до регионального варианта греческой или болгарской идентичности. Подобные нарративы в восприятии Македонии доминируют не только в болгарском или греческом национализмах, но и в историографии, что автоматически превращает интеллектуальные сообщества в активных участников исторической политики.


Македония как «место памяти» в болгарской памяти: либеральная версия. Болгарская политика памяти в ее либеральной версии относительно Македонии признает то, что македонские образы вошли в число центральных не только в идентичности Болгарии, но и стали частью национальных проектов и исторических памятей целого ряда балканских стран – Греции, Северной Македонии, Сербии. А. Тодоров, комментируя образы Македонии в болгарской исторической памяти, констатирует, что они возникли под «давлением призрака истории» (Тодоров 2017: 47) на общество Болгарии, страдающего, по мнению С. Попова, от конфликта поколений в гуманитарных науках (Попов 2017: 68), которые руководствуются диаметрально противоположными методологическими предпочтениями. Македония имеет символически важное значение для современной болгарской идентичности.

Именно поэтому, «глядя на свои националистические версии истории, Болгария не только не осознает реальность Македонии, но и отказывается открывать глаза, даже когда Европейский Союз указывает ей на это» (Добрев 2017: 60). Более того, по мнению М. Махон, трудности локализации «македонского» в болгарской исторической памяти состоит в том, что восприятие Македонии редуцировано историей «борьбы за единство болгарских земель» (Махон 2017: 250). В такой ситуации болгарский канон памяти оказывается преимущественно болгарским и этноцентричным, в значительной степени исключенным из европейских практик культуры памяти через осознание взаимных коллективных травм и признание важности примирения. Вероятно именно поэтому Бойко Василев полагает, что восприятие всего «македонского» в болгарском интеллектуальном дискурсе актуализирует «разницу между либеральной утопией и национальной утопией, а что еще хуже – между профессиональными патриотами и профессиональными антипатриотами» (Василев 2017: 56), так как в современной Болгарии взаимосвязанные категории «история» и «историческая память» имеют гораздо больше общего «с пропагандой и идеологией, нежели с наукой» (Добрев 2017: 61), что свидетельствует об одновременном сосуществовании различных модусов к развитию исторических памятей, которые в перспективе могут фрагментировать мемориальный канон или вовсе привести к его ревизии и деконструкции.

Либеральная версия болгарской исторической памяти не только склонна определять Македонию как «атавистическую вибрацию в болгарском фольклорном сознании» (Попов 2017: 72), но воспринимает ее соответствующим образом – как конструкт, но в отличие от сторонников ее националистического прочтения, которое доминировало в болгарской историографии на протяжении нескольких десятилетий, описывает «македонское» с использованием содержательно другой терминологии, включая «национализм», «нация-государство», «гомогенизация», «включение» и «ассимиляция». Михаил Груев, комментируя такие попытки конструирования «македонского» в рамках болгарской политики памяти, определяет их как «междисциплинарные», что, правда, позволяет ему редуцировать македонскую идентичность до «коллективной памяти локальной общности», «травматической памяти» или до «ситуативной идентичности» (Груев 2012).

Применение именно таких лингвистических клише в либеральной версии исторической политики содействует общей интеграции «македонского» в болгарские контексты в качестве конструкта, что предусматривает исторический, т.е. обретенный, а не изначально болгарский характер македонской идентичности. В сравнении с националистической версией исторической политики и политики памяти, либеральные мемориальные практики интегрированы в более широкие контексты междисциплинарной историографии национализма, а также памяти, культуры памяти и идентичности как его производных. Михаил Груев как один из участников болгарской «македонской» политики памяти актуализирует ее родовые особенности, синтезируя принципы академического исследования национализма со склонностью к воспроизводству основных положений болгарского националистического дискурса.

Такая ситуация не является вполне нормальной для западных обществ, которые смогли преодолеть крайности этнического национализма, сделав выбор в пользу гражданской и политической нации. Развитие памяти о Македонии в Болгарии в националистической системе координат было связано с особенностями процессов демократизации в этой стране. По мнению М. Махон, после 1989 г. имел место не только «полный пересмотр коммунистического прошлого», но и усиление зависимости памяти от национализма, так как новый исторический нарратив оказался во многом основанным на «деконструкции вненациональной классовой идентичности», что позволило интеллектуалам реинтегрировать «македонское» в канон памяти.


Македония в греческой политике памяти: либеральная версия. Тон в формировании нового мемориального нарратива задавали те авторы, которые верили в том, что Македония не только «принадлежит Болгарии», но и была создана в результате «советского господства на Балканах» (Махон 2017: 265) в то время как в случае с Грецией доминирующей стала тенденция приобщения к результатам того, что они почти дословно перевели с немецкого как «έριδας των ιστορικών» (Φλάϊσερ 2002). Несмотря на то, что греческие интеллектуалы не были участниками «спора историков» и подобные явления в историографии Греции отсутствовали, тем не менее, методологическое влияние его последствий было значительно. В целом, такая логика развития исторической памяти свидетельствует о том, что ведущим фактором в ее функционировали оказался националистический дискурс, четко воспроизводящий в отношении Македонии идею ее принадлежности к болгарской государственной традиции и этничности, а разного рода постмодернистские и конструктивистские интерпретации памяти, которые воспринимали бы ее болгарские и македонские версии как примерно одноуровневые конструкты, оказались маргинальны.

В отличие от болгарской мемориальной политики, направленной на конструирование македонских образов в контекстах истории Болгарии, греческие интеллектуалы, сотрудничающие с либеральными средствами массовой информации, подменяют идеологические клише гранд-нарративами постмодернистской и конструктивистской историографии, хотя несколькими десятилетиями ранее в греческой идентичности был институционализирован миф «Ο Μακεδονικός αγώνας» (Μοδησ 1950), глубоко интегрированный в национализм (Κωνσταντινοσ 1970). Восприятие Македонии в исключительно эллинской системе координат (Μοδησ 2007) доминировало в более ранней греческой историографии (Κωνσταντινοσ 1952), содействуя интеграции «македонского» в эллинский контекст (Ιωαννησ 2006). К моменту перехода от открытого идеологического контроля над историографией к исторической политике памяти, как форме контроля над академическим сообществом, задачи по эллинизации Македонии в гранд-нарративах исторического воображения уже были выполнены. В такой ситуации актуальный мемориальный канон в его либеральной версии выдержан в категориях «модернизации» и «националистического воображения», выдержанного в стилистике Ойгена Вебера (Гунарис 2017а), хотя греческие авторы могли бы пойти по пути болгарских коллег и сформировать «македонское» как частный случай «эллинского».

Консолидация греческого общества, где процесс демократического транзита начался раннее чем в Болгарии, привела к формированию исторической памяти в большей степени основанной на гражданской идентичности, что позволили Греции и Северной Македонии выйти из состояния «войн памяти», длившихся до 2018 г., т.е. до достижения Преспанского соглашения, по которому Греция признавала Македонию под названием «Северная Македония», одновременно соглашаясь с тем, что идентичность и этничность современных македонцев являются славянскими и не имеют отношения к античным македонцам, интегрированным в греческие версии исторической памяти.


Особенности преодоления этноцентризма в политике памяти: греческий опыт для Болгарии. Доминирование националистического восприятия Македонии в современной болгарской памяти свидетельствует о кризисе мемориальных практик, который проявляется в «раздробленности научного сообщества, дезинтеграции критической публичности и появлении атомизирующих сетей» (Деянова 2017:120), объединяющих интеллектуалов, имеющих не только разные представления о прошлом, то есть различные исторические памяти. Проблема в том, что такие памяти не только сосуществуют параллельно, но и их носители не имеют потребности коммуницировать друг с другом. Если одни интеллектуалы придерживаются традиционного мемориального канона, воспринимая Македонию и македонскую идентичность как результат подрыва идей болгарского единства со стороны сначала сербских националистов, а потом и югославских коммунистов, то другие, признавая влияние и первых, и вторых, полагают, что Македония стала результатом институционализации социальных и политических трансформаций (Маринов 2017б: 190 – 191). В этом контексте болгарская либеральная версия исторической памяти в определенной степени близка к греческому мемориальному канону (Гунарис 2017б: 300), в рамках которого вопросы этничности и принадлежности македонцев являются вторичными в контексте конструирования образа Македонии как институционализированной культурной травмы в рамках исторической и культурной памяти.

На протяжении 1990 – 2010-х гг. манипуляции исторической памятью на Балканах вели к «инфляции» памяти, что формально проявилось в «строительстве памятников, установлении исторических годовщин, создании музеев-исследовательских институтов, записи свидетельств травматического опыта» (Μηταφιδη 2019), что содействовало замыканию национальных памятей на собственных мифах и травмах, замедляя возможное достижение мемориального компромисса. Греция и Северная Македония смогли достичь определенного прогресса в преодолении подобных травм, что привело к мемориальному компромиссу, сложившемуся после 2018 г., когда стороны отказались от взаимных претензий к другу из-за националистически мотивированных текстов гимнов. Гимны как Северной Македонии, так и Греческой Македонии основаны на воспроизводстве образов Другого и нарративов гражданской идентичности, укорененной в ценностях свободы:


Денес над Македонија се раѓа

ново сонце на слободата!

Македонците се борат

за своите правдини!

Македонците се борат

за своите правдини! [...]

Горите Македонски шумно пеат

нови песни, нови весници!

Македонија слободна,

слободна живее!

Македонија слободна,

слободна живее!

Сегодня над Македонией рождается

Новое солнце свободы,

Македонцы борются

За свои права!

Македонцы борются

За свои права! [...]

Македонские леса громко поют

новые песни, новые вести!

Македония свободная,

Свободная живёт!

Македония свободная,

Свободная живёт!


Μακεδονία ξακουστή,

του Αλεξάνδρου η χώρα,

που έδιωξες τους βάρβαρους

κι ελεύθερη είσαι τώρα!

Είσαι και θα ΄σαι ελληνική,

Ελλήνων το καμάρι,

κι εμείς θα σ'αντικρύζουμε,

περήφανα και πάλι!

Οι Μακεδόνες δε μπορούν

να ζούνε σκλαβωμένοι,

όλα και αν τα χάσουνε

η λευτεριά τους μένει!

Известная Македония

Земля Александра,

Ты прогнала варваров,

И теперь ты свободна!

Ты есть и будешь греческой,

Великая слава греков,

И мы будем смотреть на тебя

с гордостью снова!

Македонцы не могут

жить порабощенными,

даже если они потеряют все,

они все же будут свободны!


Достижение македоно-греческого мемориального компромисса оказалось следствием не только проработки прошлого со стороны интеллектуалов двух стран, но и взаимных уступок, связанных как с признанием отдельной македонской славянской идентичности с греческой стороны, так и маргинализации в Северной Македонии радикальных трендов, основанных на попытках интеграции античного наследия в канон исторической памяти современных македонцев, фактически не имевших к ним никакого отношения. Подобные трансформации исторической памяти не только привели к нормализации двусторонних отношений, но и к большей академизации восприятия мемориальных практик, так как те стали в меньшей степени зависеть от крайностей националистического воображения, интегрируясь в актуальные историографические дискурсы, основанные на междисциплинарности.

В этой ситуации примечательно то, что первая (националистическая) и вторая (либеральная) точки зрения в Болгарии продвигаются средствами массовой информации, которые придерживаются различных идеологических предпочтений. Если традиционную точку зрения на Македонию тиражируют средства массовой информации, воспринимающие национализм примордиально, то вторая в большей степени характерна для либеральных участников политики памяти. Важным элементом болгарской политики памяти в отношении Македонии являются своеобразные социологические интервенции, периодически проводимые и организуемые болгарскими интеллектуалами, целью которых является анализ различных состояний и форм развития македонской идентичности и памяти в рамках их деконструкции.


Либеральный канон исторической памяти как форма мемориального компромисса. Аналогичные практики и стратегии «проработки прошлого» применяют и современные греческие интеллектуалы, но делают это несколько иначе. Если перед болгарскими авторами стоит задача при помощи социологических методов визуализировать болгароцентричный канон восприятия памяти о Македонии, то греческие авторы (Котзагеорги-Зимари, Хаджианастасиу 2017) ставят перед собой в большей степени конструктивистские задачи по демонтажу версий памяти различных поколений. Таким образом, деконструируя коллективные представления о прошлом, греческие интеллектуалы переносят тяжесть функционирования памяти с нации на более локальные и семейные группы. Сочетание академического с националистическим в болгарской политике памяти в отношении Македонии позволяет лишать ее исторической легитимности, видимой и выраженной генеалогии с предшествующими этническими сообществами и государственными структурами, редуцируя до «новой балканской нации» (Митев 2017: 12).

В то время как болгарский канон памяти является именно болгарским, что проявляется в последовательной редукции «македонского» до частного случая «болгарского», то современные греческие комемморативные стратегии в отношении Македонии (Колиопулос 2017) в большей степени соотносятся с нормами и требования общеевропейского канона памяти, основанного на признании этнического разнообразия, чему предшествовала ревизия этноцентричной модели памяти в отношении истории этнических чисток (Γούναρης 2000) и принудительных перемещений населения (Κωστόπουλος 2006). Если Тодор Абазов полагает, что на современном этапе македонская нация является реальностью (Абазов 2017: 74), то о феномене македонского национализма М. Груев предпочитает писать как о «т.н. македонизме», обозначающим «демонстрируемое и/или воспринимаемое отличие идентичности православного славяноязычного населения Македонии от болгарского этноса», что свидетельствует о склонности интегрировать «македонское» в более широкие контексты болгарской исторической памяти.

По мнению М. Груева, исторические понятия «Македония» и «македонское» использовались как синонимы концептов «Болгария» и «болгарское» (Груев 2012). Подобная редукция Македонии до частного регионального случая Болгарии позволяет некоторым болгарским интеллектуалам продвигать крайне негативный образ Македонии как общества, основанного на сегрегации, и искусственно созданного государства (Митев, Желязкова, Стойковски 2017: 18). Такое восприятие Македонии в болгарской политике памяти доминирует, хотя периодически подвергается крайне умеренной ревизии. Чавдар Маринов полагает, что традиция воспринимать македонцев как «зомби, придерживающихся нелепых измышлений, и параноиков, верящих в призраков» (Маринов 2017а: 27), является не очень корректной. Антоний Тодоров со своей стороны указывает на сложность присутствия Македонии в болгарском политическом дискурсе, так как в современной Болгарии «о Македонии говорить непросто, потому что это – всегда ожидание, что главным будет пафос – пафос исторической ностальгии, ностальгии по утраченному и безвозвратному прошлому, которое, однако, продолжает рассматриваться некоторыми крайними националистами как достижимое здесь и сейчас» (Тодоров 2007: 48).

Подобная рецепция Македонии как неотъемлемого элемента не просто мемориального канона, но и всей культуры памяти в современной Болгарии в большей степени актуализирует травмы, которые общество не в состоянии преодолеть, так как оказалось не в состоянии принять сам факт невозможности реализовать проект Великой Болгарии, что стимулирует интеллектуалов поддерживать идентичность на основе исторических образов, видя именно в прошлом «золотой век», что содействует его воображению и изобретению в националистической системе координат.



Таким образом, трансформация македонского пласта в актуальной болгарской и греческой политике памяти актуализирует особенности восприятия истории в современном обществе, в котором этнический национализм относится к числу наиболее влиятельных идеологий. Кроме этого изменения македонских образов в греческом и болгарском историческом воображении визуализируют трансформации и социальные мутации современных мемориальных практик в контекстах конструирования категорий «политическое», «этническое» и «национальное».

Историческая политика в современной Греции и Болгарии в отношении Македонии имеет ревизионистский характер, одновременно актуализируя континуитет с более ранними традициями болгарского и греческого националистического воображения. Актуализируя македонские образы, греческие и болгарские участники политики памяти не стремятся создать и утвердить новый мемориальный канон. Болгарские и греческие участники «войн памяти» последовательно интегрируют в современные практики политики памяти нарративы, ранее получившие развитие в греческом и болгарском этническом национализме, в рамках которого «македонское» редуцировано до частного случая «болгарского» или «греческого».

«Македонская» политика памяти в современной греческой и болгарской интеллектуальной ситуации контролируется формально различными интеллектуальными группами и сообществами, которые фактически вовлечены в практики воспроизводства болгарского и греческого националистического гранд-нарратива, основанного на отрицании существования отдельной македонской нации и идентичности, что автоматически редуцирует всё «македонское» в историческом воображении до регионального проявления «греческого» или «болгарского». Подобное отношение, разумеется, воспринимается крайне негативно со стороны македонских интеллектуалов.

На уровне культуры памятей между Болгарией, Грецией и Северной Македонией фактически идут «бои за историю», которые активно ведут средства массовой информации, привлекая к сотрудничеству академических интеллектуалов, фактически содействуя размыванию границ научного дискурса, превращая представления о прошлом в политический товар на символических рынках идентичности в современных обществах Болгарии, Греции и Северной Македонии. Болгарское и греческое общества потребления нуждаются в собственной легитимации, один из вариантов которой обеспечивается ассимиляцией исторического академического дискурса. Ассимиляция научной историографии привела к тому, что средства массовой информации оказались в состоянии предложить македонские образы как частный случай болгарских и греческих нарративов, формирующих мемориальный канон, одновременно основанный на национализме и частично (в болгарском случае) на антикоммунизме.

Взаимозависимость националистического и антикоммунистического воображения стала системной особенностью болгарской политики памяти в то время, как греческие участники исторической политики склонны в большей степени актуализировать только националистические или идеологические мифологемы. Историческая политика в отношении македонских образов в современной Болгарии и Греции актуализирует общие тенденции в развитии исторического воображения общества со стабильными традициями развития политического и этнического национализма в направлении его переориентации на удовлетворение запросов общества потребления, историческая память которого характеризуется потребностью в наличии консолидирующих нарративов, одновременно актуализирующих категории Самости и Инаковости, что позволяет греческим и болгарским акторам исторической политики не только конструировать македонские образы в контекстах воображения собственной идентичности, но и использовать их для изобретения образов Другого.


БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК


Абазов 2017 – Абазов Т. Към Македония с необременен поглед // Македония близка и непозната. Тематичeн сборник на списание «Либерален преглед». Берлин: Издателство «Екстаз», 2017. С. 74 – 81.

Василев 2017 – Василев Б. Как се прави PR критика на една недочетена книга // Македония близка и непозната. Тематичeн сборник на списание «Либерален преглед». Берлин: Издателство «Екстаз», 2017. С. 55 – 57.

Груев 2012 – Груев М. Насилие и идентичност: Пиринска Македония в етнонационалните политики на комунистическия режим в България. Част 1 – 2 // Либерален преглед. 2012. Януари 17, 24. URL.: http://librev.com/index.php/discussion-bulgaria-publisher/1463-viloence-identity; http://librev.com/index.php/2013-03-30-08-56-39/discussion/bulgaria/1471--2-v15-1471

Гунарис 2017а – Гунарис В.Ц. От селяни към граждани, от селото към нацията // Македония близка и непозната. Тематичeн сборник на списание «Либерален преглед». Берлин: Издателство «Екстаз», 2017. С. 309 – 329.

Гунарис 2017б – Гунарис В.Ц. Проповедници на бога и мъченици на нацията // Македония близка и непозната. Тематичeн сборник на списание «Либерален преглед». Берлин: Издателство «Екстаз», 2017. С. 287 – 301.

Деянова 2017 – Деянова Л. Кой казва кой е експерт? // Македония близка и непозната. Тематичeн сборник на списание «Либерален преглед». Берлин: Издателство «Екстаз», 2017. С. 120 – 127.

Добрев 2017 – Добрев П. За македонските спорове // Македония близка и непозната. Тематичeн сборник на списание «Либерален преглед». Берлин: Издателство «Екстаз», 2017. С. 59 – 63.

Кирчанов 2019 – Кирчанов М.В. Исторический ревизионизм в Болгарии: проблемы истории национального возрождения и политическая ответственность интеллектуалов // Историческая экспертиза. 2019. № 2 (19). С. 57 – 69.

Кирчанов 2021 – Кирчанов М.В. "Культура незнания" как форма исторического воображения и политической культуры русского и болгарского национализма // Вестник Удмуртского университета. Социология. Политология. Международные отношения. 2021. Т. 5. № 3. С. 357 – 366.

Колиопулос 2017 – Колиопулос Й. Македония във водовъртежа на Втората световна война // Македония близка и непозната. Тематичeн сборник на списание «Либерален преглед». Берлин: Издателство «Екстаз», 2017. С. 343 – 363.

Котзагеорги-Зимари, Хаджианастасиу 2017 – Котзагеорги-Зимари К., Хаджианастасиу Т. Спомени за българската окупация на източна Македония: три поколения // Македония близка и непозната. Тематичeн сборник на списание «Либерален преглед». Берлин: Издателство «Екстаз», 2017. С. 459 – 481.

Маринов 2017а – Маринов Ч. Как се прави спешна антропология // Македония близка и непозната. Тематичeн сборник на списание «Либерален преглед». Берлин: Издателство «Екстаз», 2017. С. 26 – 41.

Маринов 2017б – Маринов Ч. От «интернационализъм» към национализъм // Македония близка и непозната. Тематичeн сборник на списание «Либерален преглед». Берлин: Издателство «Екстаз», 2017. С. 188 – 249.

Махон 2017 – Махон М. Македонският въпрос в България // Македония близка и непозната. Тематичeн сборник на списание «Либерален преглед». Берлин: Издателство «Екстаз», 2017. С. 250 – 273.

Митев, Желязкова, Стойковски 2017 – Митев П.-Е., Желязкова А., Стойковски Г. Македония на кръстопът. Атропологическа снимка // Македония близка и непозната. Тематичeн сборник на списание «Либерален преглед». Берлин: Издателство «Екстаз», 2017. С. 8 – 21.

Попов 2017 – Попов С. Македония, сянка в метафизиката на идентичността // Македония близка и непозната. Тематичeн сборник на списание «Либерален преглед». Берлин: Издателство «Екстаз», 2017. С. 67 – 72.

Тодоров 2017 – Тодоров А. Как да говорим за днешна Македония? // Македония близка и непозната. Тематичeн сборник на списание «Либерален преглед». Берлин: Издателство «Екстаз», 2017. С. 47 – 52.

Γούναρης 2000 – Γούναρης Β. O Μακεδονικός αγώνας στην ελληνική ιστοριογραφία (1904 – 1984) // Βαλκανικά Σύμμεικτα. 2000. No 11. Σ. 323 – 339.

Ιωαννησ 2006 – Ιωαννησ Ξ.Κ. Κοινωνικεσ και πολιτιστικεσ σχεσεισ των μακεδονων και των αλλων ελληνων. Συμβολη στην ερευνα τησ γραμματειακησ και επιγραφικησ παραδοσεωσ για την Αρχαια Μακεδονια. Θεσσαλονίκη: Εταιρεια μακεδονικων σπουδων, 2006. 248 σ.

Κωνσταντινοσ 1952 – Κωνσταντινοσ Α.Ι. Ο μακεδονικοσ ελληνισμοσ κατα το τελοσ του μεσαιωνοσ και την παλαιοτεραν τουρκοκρατιαν μεχρι του δεκατου ογδοου αιωνοσ. Θεσσαλονίκη: Εταιρεια μακεδονικων σπουδων. 1952. 14 σ.

Κωνσταντινοσ 1970 – Κωνσταντινοσ Β.Α. Η μεγαλη ιδεα ωσ ιδεα και πραγματικοτησ. Πανηγυρικοσ λογοσ εκφωνησθεισ 22 Μαρτίου 1970. Θεσσαλονίκη: Εταιρεια μακεδονικων σπουδων, 1970. 48 σ.

Κωστόπουλος 2006 – Κωστόπουλος Τ. Ο εμφύλιος Μακεδονικός Αγώνας (1904 – 1908): εκδοχές του κρατικού μονοπωλίου της συλλογικής μνήμης // Τα Ιστορικά. 2006. No 23 (45). Σ. 393 – 432.

Μηταφιδη 2019 – Μηταφιδη Τ. Η ιστορική μνήμη // Αυγή. 28 Οκτωβρίου 2019. URL.: https://www.avgi.gr/entheta/328858_i-istoriki-mnimi

Μοδησ 1950 – Μοδησ Γ.Χ. Μακεδονικός αγών και Μακεδόνες αρχηγοί. Θεσσαλονίκη: Μακεδονική Βιβλιοθήκη, 1950. 343 σ.

Μοδησ 2007 – Μοδησ Γ. Ο Μακεδονικοσ αγων και η νεωτερη Μακεδονικη ιστορια. Θεσσαλονίκη: Εταιρεια μακεδονικων σπουδων, 2007. 432 σ.

Φλάϊσερ 2002 – Φλάϊσερ Χ. H πολιτική αλλοιώνει την ιστορική μνήμη // Η Καθημερινη. 2002. 3 Μαρτίου. URL.: https://www.kathimerini.gr/society/110262/h-politiki-alloionei-tin-istoriki-mnimi/


REFERENCES

Abazov 2017 – AbazovT. KŭmMakedoniyasneobremenenpogled. Makedoniya blizka i nepoznata. Tematichen sbornik na spisanie «Liberalen pregled». Berlin: Izdatelstvo «Ekstaz», 2017. p. 74 – 81.

Deyanova 2017 – Deyanova L. Koĭ kazva koĭ e ekspert? Makedoniya blizka i nepoznata. Tematichen sbornik na spisanie «Liberalen pregled». Berlin: Izdatelstvo «Ekstaz», 2017. p. 120 – 127.

Dobrev 2017 – Dobrev P. Za makedonskite sporove. Makedoniya blizka i nepoznata. Tematichen sbornik na spisanie «Liberalen pregled». Berlin: Izdatelstvo «Ekstaz», 2017. p. 59 – 63.

Fláïser 2002 – Fláïser Ch. H politikí alloiónei tin istorikí mními. I Kathimerini. 2002. 3 Martíou. URL.: https://www.kathimerini.gr/society/110262/h-politiki-alloionei-tin-istoriki-mnimi/

Goúnaris 2000 – Goúnaris V. O Makedonikós agónas stin ellinikí istoriografía (1904 – 1984). Valkaniká Sýmmeikta. 2000. No 11. p. 323 – 339.

Gruev 2012 – Gruev M. Nasilie i identichnost: Pirinska Makedoniya v etnonatsionalnite politiki na komunisticheskiya rezhim v Bŭlgariya. Chast 1 – 2. Liberalen pregled. 2012. Yanuari 17, 24. URL.: http://librev.com/index.php/discussion-bulgaria-publisher/1463-viloence-identity; http://librev.com/index.php/2013-03-30-08-56-39/discussion/bulgaria/1471--2-v15-1471

Gunaris 2017a – Gunaris V.TS. Ot selyani kŭm grazhdani, ot seloto kŭm natsiyata. Makedoniya blizka i nepoznata. Tematichen sbornik na spisanie «Liberalen pregled». Berlin: Izdatelstvo «Ekstaz», 2017. p. 309 – 329.

Gunaris 2017b – Gunaris V.TS. Propovednitsi na boga i mŭchenitsi na natsiyata. Makedoniya blizka i nepoznata. Tematichen sbornik na spisanie «Liberalen pregled». Berlin: Izdatelstvo «Ekstaz», 2017. p. 287 – 301.

Ioannis 2006 – Ioannis X.K. Koinonikes kai politistikes scheseis ton makedonon kai ton allon ellinon. Symvoli stin erevna tis grammateiakis kai epigrafikis paradoseos gia tin Archaia Makedonia. Thessaloníki: Etaireia makedonikon spoudon, 2006. 248 p.

Kirchanov 2019 – Kirchanov M.V. Istoricheskiy revizionizm v Bolgarii: problemy istorii natsional'nogo vozrozhdeniya i politicheskaya otvetstvennost' intellektualov. Istoricheskaya ekspertiza. 2019. N 2 (19). p. 57 – 69.

Kirchanov 2021 – Kirchanov M.V. "Kul'tura neznaniya" kak forma istoricheskogo voobrazheniya i politicheskoy kul'tury russkogo i bolgarskogo natsionalizma. Vestnik Udmurtskogo universiteta. Sotsiologiya. Politologiya. Mezhdunarodnyye otnosheniya. 2021. 5(3) p. 357 – 366.

Koliopulos 2017 – Koliopulos Ĭ. Makedoniya vŭv vodovŭrtezha na Vtorata svetovna voĭna. Makedoniya blizka i nepoznata. Tematichen sbornik na spisanie «Liberalen pregled». Berlin: Izdatelstvo «Ekstaz», 2017. p. 343 – 363.

Konstantinos 1952 – Konstantinos A.I. O makedonikos ellinismos kata to telos tou mesaionos kai tin palaioteran tourkokratian mechri tou dekatou ogdoou aionos. Thessaloníki: Etaireia makedonikon spoudon. 1952. 14 p.

Konstantinos 1970 – Konstantinos V.A. I megali idea os idea kai pragmatikotis. Panigyrikos logos ekfonistheis 22 Martíou 1970. Thessaloníki: Etaireia makedonikon spoudon, 1970. 48 s.

Kostópoulos 2006 – Kostópoulos T. O emfýlios Makedonikós Agónas (1904 – 1908): ekdochés tou kratikoú monopolíou tis syllogikís mnímis. Ta Istoriká. 2006. No 23 (45). p. 393 – 432.

Kotzageorgi-Zimari, Khadzhianastasiu 2017 – Kotzageorgi-Zimari K., Khadzhianastasiu T. Spomeni za bŭlgarskata okupatsiya na iztochna Makedoniya: tri pokoleniya. Makedoniya blizka i nepoznata. Tematichen sbornik na spisanie «Liberalen pregled». Berlin: Izdatelstvo «Ekstaz», 2017. p. 459 – 481.

Makhon 2017 – Makhon M. Makedonskiyat vŭpros v Bŭlgariya. Makedoniya blizka i nepoznata. Tematichen sbornik na spisanie «Liberalen pregled». Berlin: Izdatelstvo «Ekstaz», 2017. p. 250 – 273.

Marinov 2017a – Marinov Ch. Kak se pravi speshna antropologiya. Makedoniya blizka i nepoznata. Tematichen sbornik na spisanie «Liberalen pregled». Berlin: Izdatelstvo «Ekstaz», 2017. p. 26 – 41.

Marinov 2017b – Marinov Ch. Ot «internatsionalizŭm» kŭm natsionalizŭm. Makedoniya blizka i nepoznata. Tematichen sbornik na spisanie «Liberalen pregled». Berlin: Izdatelstvo «Ekstaz», 2017. p. 188 – 249.

Mitafidi 2019 – Mitafidi T. I istorikí mními. Avgí. 28 Oktovríou 2019. URL.: https://www.avgi.gr/entheta/328858_i-istoriki-mnimi

Mitev, Zhelyazkova, Stoĭkovski 2017 – Mitev P.-E., Zhelyazkova A., Stoĭkovski G. Makedoniya na krŭstopŭt. Atropologicheska snimka. Makedoniya blizka i nepoznata. Tematichen sbornik na spisanie «Liberalen pregled». Berlin: Izdatelstvo «Ekstaz», 2017. p. 8 – 21.

Modis 1950 – Modis G. Makedonikós agón kai Makedónes archigoí. Thessaloníki: Makedonikí Vivliothíki, 1950. 343 p.

Modis 2007 – Modis G. O Makedonikos agon kai i neoteri Makedoniki istoria. Thessaloníki: Etaireia makedonikon spoudon, 2007. 432 p.

Popov 2017 – Popov S. Makedoniya, syanka v metafizikata na identichnostta. Makedoniya blizka i nepoznata. Tematichen sbornik na spisanie «Liberalen pregled». Berlin: Izdatelstvo «Ekstaz», 2017. S. 67 – 72.

Todorov 2017 – Todorov A. Kak da govorim za dneshna Makedoniya? Makedoniya blizka i nepoznata. Tematichen sbornik na spisanie «Liberalen pregled». Berlin: Izdatelstvo «Ekstaz», 2017. p. 47 – 52.

Vasilev 2017 – Vasilev B. Kak se pravi PR kritika na edna nedochetena kniga. Makedoniya blizka i nepoznata. Tematichen sbornik na spisanie «Liberalen pregled». Berlin: Izdatelstvo «Ekstaz», 2017. p. 55 – 57.

66 просмотров